– Мы уже говорили об этом, Луди…
Он пытался казаться спокойным, но все же в его голосе проскользнули нотки напряжения. Дракон хмыкнул и поднялся. Я украдкой наблюдала за ним. Тулун вышел из-за стола и оказался позади меня. От его взгляда по спине ползли мурашки. Я сдвинулась на краешек стула и неестественно выпрямилась. Бланко внимательно наблюдал за посланником, и в лавандовых глазах было предупреждение. Оно выдавало нас с головой.
– И ты мне соврал, наглый мальчишка, – уверенно ответил Тулун.
Я вздрогнула, когда его палец коснулся моей лопатки, на которой мирно дремал рисунок. Магия тут же метнулась прочь, обдала позвоночник холодом и спустилась на поясницу.
Бланко поднялся и сделал шаг к своему надсмотрщику. Феликс попытался схватить своего подопечного за край камзола, но золотистый клюв только щелкнул рядом с тканью. Посланник убрал от меня руку и раздраженно проговорил:
– Я хочу помочь тебе, идиот.
– Ты пугаешь мою ученицу, а не помогаешь, – бросил декан. – И мечтаешь о том, чтобы я передал эту дрянь своим потомкам, как ее передали мне. А этого не будет.
– Потому что ты не говоришь мне правды, – возразил дракон, покосившись на меня.
Я постаралась сделать предельно честное и непонимающее лицо. Мне же не положено знать о том, что проклятие – это проклятие. И о том, как оно передается.
Тулун сделала шаг в сторону, оказываясь лицом к лицу с Бланко, и продолжил:
– Часть рисунка все еще на теле Марты. Ты обещал, что разберешься с этим. Но, судя по всему, понятия не имеешь, что делать. А я сегодня утром посмотрел на вас, и у меня появились кое-какие версии…
– Какие версии? – с деланым равнодушием спросил декан.
– Меняю на твою искренность, – усмехнулся Тулун. – Возможно, детали того, что произошло между вами в тот день, помогут мне сделать более точный вывод…
Какое-то время Бланко молчал, тщательно взвешивая решение. А затем посмотрел мне в глаза. Я неопределенно шевельнула плечом и дала понять, что приму любой его выбор. Тогда он поднял взгляд на посланника и процедил:
– Я ее поцеловал. На игре в модан, Марта была в маске. Это была случайность.
Я подавила нервный смешок. И ни слова о том, что это я прыгнула ему на шею, спасаясь от Строцци. А перед этим весь вечер флиртовала, пользуясь анонимностью, которую давал подарок Симона.
По губам Тулуна скользнула улыбка.
– Совершенно случайно поцеловал свою ученицу, совершенно случайно дал ей амулет, о котором клялся никому не рассказывать, совершенно случайно обнимаешь её во сне. Ты сам-то в это веришь, Росио? Мне кажется, нет.
– К делу, – процедил декан. – Делись своей версией.
Тулун отступил на шаг и внезапно мягко кивнул своей жене.
– Пожалуйста, Мейли.
Тут я осознала, что она здесь не только для того, чтобы успокаивать крутой нрав дракона. Леди Тулун ласково улыбнулась своему мужу и обошла стол. А затем вышла на середину комнаты и повернулась к нам спиной.
Платье, которое спереди выглядело таким целомудренным, открывало тонкую шею и лопатки. На белоснежной коже проступал золотисто-коричневый узор. Сотканный из острых углов, напоминающий о земной тверди и острых скалах, но при этом невыразимо прекрасный. В нём жила сила. Магия, от которой захватывало дух.
– Что это? – нахмурился Бланко.
– То, что в нынешних поколениях почти не встречается, – с лёгкой грустью ответил посланник. – Выбор дракона. Метка моего зверя. Ничего не напоминает?
Теперь он смотрел только на декана. И хорошо, потому что я чувствовала, как горят щеки. А в памяти всплыли слова льепхена: «На тебе его метка».
А Тулун продолжил:
– Кровь, судьба и магия. Взаимное притяжение, которое невозможно преодолеть.
– Ерунда, – рыкнул Бланко.
Но я ни минуты не сомневалась, что дракон прав. На Севере твердо верили, что иногда пару тебе выбирает судьба. Там ее гласом были байланги – боевые псы стражей, на Востоке – драконы, вторая сущность. А в случае с нами это сделало проклятие фениксов. Или магия драконов рода Тулун, которая веками сковывала его.
– Предложи другую версию, наглый мальчишка, – фыркнул посланник.
– Это ничего не меняет. Я найду способ вернуть эту штуку себе, – холодно произнес Бланко.
– Ты зря упрямишься. Вы должны отправиться к императору. Ее татуировке тоже нужен…
– Исключено. Ты дал слово, Луди. Месяц еще не прошел. Поговорим после.
Посланник сердито хмыкнул. Его супруга обернулась и с грустной улыбкой посмотрела на меня. А я вдруг спохватилась:
– Подвал… Надо вернуться в академию.
– Вернемся, но не в академию, – сообщил Тулун. – Думаю, пора навестить герцога Скау. Мне совершенно перестало нравиться то, что происходит в вашем герцогстве.
Я внутренне сжалась и жалобно попросила:
– Может, не надо?
Где герцог Скау, там и письмо к опекунам. Только не это!
Бланко бросил взгляд на меня и сказал:
– Хорошо. Можно, перед этим я поговорю с Мартой с глазу на глаз?
Я думала, что посланник откажет. Но он переглянулся с женой и кивнул. После этого чета драконов покинула кабинет. Дверь хлопнула, и в комнате воцарилась тишина. Я встала и заглянула в лавандовые глаза своего учителя.
Что же он хочет мне сказать?
