Не знаю, как он меня увидел… или почуял… или унюхал без глаз, ушей и носа, но… Гладкое яйцо головы ближе книзу, где у людей подбородок, вдруг будто кто-то прорезал ножом. Яркая красная полоса раздвоилась, образовалась щель с острыми зубами, из которой высунулся длинный красный язык, похожий на окровавленную змею. Я хотел закричать, но почувствовал, что не могу. Я потерял голос. Открывал рот, напрягал связки, звуков не было. Не было даже хрипа.
А монстр всё надвигался. Его язык и щупальца тянулись ко мне. Я так перепугался, что потерял сознание.
Утром очнулся в своей палате, на своей кровати. На краешке сидел Лэл Лэлоевич, держал меня за руку, вокруг хлопотали перепуганные медсёстры. Едва я открыл глаза, все кинулись ко мне с расспросами – как я себя чувствую, не болит ли голова. Я удивился, неужели я во сне всё же кричал? А ведь снилось-то, что голоса у меня нет! Я хотел успокоить сестёр и врача, сказать, что всё нормально, не стоит обращать внимания на дурные сны, но не тут-то было. Мои губы двигались, рот открывался, голосовые связки напрягались, но ни одного звука я так и не произнёс.
Я не понимал, что со мной, и очень испугался. Наконец, кто-то из врачей догадался спросить, помню ли я, что произошло этой ночью (ведь нашли они меня рано утром без сознания в коридоре, в пяти шагах от моей палаты) и сунул мне в руки блокнот и ручку. Я описал всё, что помнил. И чудовище тоже описал.
Сама можешь представить их реакцию. Конечно, мне почти никто не поверил. Говорю почти, потому, что самая старая медсестра после моего рассказа испугалась и стала что-то лепетать про древнюю легенду. Её, кстати, тоже не стали слушать – решили, что стариковские мозги тю-тю и уволили буквально через несколько дней после происшествия. Не удивлюсь, если к этому приложила старания Татьяна Артемьевна, её тут все слушаются, даже врачи, такая она влиятельная.
После моего рассказа кто-то решил, что я просто боюсь темноты и испугался собственных фантазий, другие – что я лунатик, и потому по ночам хожу (ночь, кстати, лунная была). А некоторые, в их числе Татьяна Артемьевна, посчитали, что я просто слетел с катушек. «Добрая» медсестра предложила перевести меня в закрытое отделение, где лечатся от аллергии и других неинфекционных заболеваний психи. Лэлой Лэлоевич не стал никого слушать, разрешил долечиться в своём отделении. Но Татьяна Артемьевна всё же настояла на том, чтобы меня держали отдельно от других детей.
Ну вот, я и попал сюда. Честно говоря, рад этому – не хочется встречаться с серым задирой. Жаль только других ребят, которым приходится его терпеть.
Кстати, кроме процедур от аллергии меня теперь водят по всем отделениям больницы, обследуют на хвалёном суперском оборудовании, пытаются понять, почему я онемел. Только пока ничего не находят. Вот так.
Кстати, я вспомнил, на кого был похож тот монстр.
– Да? – дочитав, заинтересовалась девочка. – И на кого же? Постой-ка. Щупальца, чёрный костюм, красный галстук, отсутствие лица, волос, ушей. Очень похоже на… Слендермена из «Криппипасты»3…
Алик закивал и приписал: «Я тогда сразу не понял. До меня только потом дошло».
– Хм… – задумалась Соня. – Ты говоришь, что старая медсестра вспомнила древнее чудовище, подходящее под твоё описание? Получается… о Слендермене знали ещё в древности?
Мальчик пожал плечами.
– Странно… – продолжала Соня.
Алик снова взял альбом и ручку.
«У тебя ноутбук к вай-фаю подключен?» – написал он.
– Да.
«Набери: «Больница имени Хейгана. Легенда». Там будет много интересного, я уверен».
Соня так и сделала. Только для начала ей пришлось пролезать обратно в щель между стеной и окном. И это было куда труднее, чем в прошлый раз. Потому, что тогда железная пластина, которая несла функцию продолжения стены, была выгнута по направлению Сониного движения, а теперь – против. «Всё равно, что пылесосить ковёр против ворса, только гораздо сложнее, – думала Соня, протискиваясь в щель.
И вот, наконец, препятствия позади. Соня и Алик склонились над экраном ноутбука. Информации действительно оказалось предостаточно…
– Пф…, – выдохнула Соня, вдоволь начитавшись. – Какой дурак назвал улицу «Три шестёрки»?
Алик пожал плечами и вздохнул.
«И всё-таки странно, – думала тем временем Соня. – Неужели про Слендермена знали уже тогда? И… Неужели он, или кто-то очень похожий на него, существует на самом деле? Да-а-а. Если бы я сама не пережила удивительные приключения в Сказочной стране и Картинной галерее, наверняка приняла бы слова Алика за бред. А на психа он не похож. Но… Что же получается? «Криппипаста», воплощённая в жизнь? Кстати, все её персонажи стали убийцами, потому, что оказались жертвами обстоятельств. Кроме Слендера. Его появление в истории «Криппипасты» нигде толком не описывается. Что ж, посмотрим, что будет дальше».
От раздумий Соню отвлёк Алик. Он снова совал ей под нос альбом, в котором уже была новая запись: «Чуть не забыл! Ты ведь из-за Сергея попала в изолятор?»
Девочка кивнула.
