Это была девочка, нет, девушка. Она бежала по полю и махала огромным сачком, желая поймать большую бабочку с синими переливающимися крыльями. Но эта гадина нагло издевалась над ней. Она то взлетала выше, то опускалась, а порой и вообще вилась вокруг незнакомки! А та все никак не могла ее поймать, несмотря на то, что мастерски махала сачком!
Даша поднялась на ноги и взяла сачок. Вытерла влажное лицо мягким рукавом пижамы, и побрела вслед за незнакомкой, одетой в темное пышное платье. А еще у нее были ярко-рыжие длинные кудрявые волосы! Она то прыгала, то приседала, а порой забавно кралась, что выглядело очень смешно. Позабыв о своей печали, Даша снова заулыбалась, а потом и вовсе засмеялась.
Но незнакомка, похоже, не слышала ее. Или же была так поглощена ловлей, что не замечала ничего вокруг.
– Эй! Постой! Давай я помогу тебе! – закричала, смеясь, Даша.
Но девушка игнорировала ее. Все носилась по полю и махала сачком, пытаясь поймать вредное насекомое.
Внезапно бабочка резко развернулась и полетела навстречу к Даше. Девчушка вскрикнула от неожиданности, взмахнула сачком. И следом увидела, как в белой сетке забилась синекрылая красавица. Еще у нее были закрутившиеся в спираль усики…
Даша видела такую впервые. Она осторожно приоткрыла сетку, намереваясь рассмотреть бабочку. Та, ощутив свободу, быстро заползла ей на палец и распрямила крылышки. На солнечном свету они переливались от голубого до фиолетового, и Даша, не устояв перед соблазном, осторожно коснулась их. Но бабочка не улетела. Только медленно поднимала, да опускала крылышки.
Девочка расцвела. Глаза ее заблестели от счастья.
– Смотри, смотри! Я ее поймала! – закричала она, и устремила все внимание на незнакомку.
Та стояла в нескольких шагах от нее.
Даша вздрогнула и отступила, не понимая, как незнакомка там быстро оказалась возле нее. Большие зеленые глаза, на щеках веснушки… А вот взгляд… Холодный и безжизненный, как у куклы. А еще она улыбалась. Довольно жутко.
– Вот, смотри, – продолжала Даша. – Возьми. Она не улетит.
Но девушка даже не шелохнулась.
– Что с тобой? Бери, – нервно сорвалось с губ.
Даша подошла к ней и протянула руку. Девушка молча сложила ладони, как нищенка, и бабочка неуверенно переползла к новой хозяйке.
– Вот, видишь? Она просто испугалась тебя, – добродушно улыбнулась Даша, и отступила на прежнее место.
Незнакомка посмотрела на насекомое в своих руках, а затем снова на Дашу. Но так ничего и не сказала.
– Ты… Тебя не должно быть здесь, – раздался глухой голос над самым ухом, и Даша вздрогнула. Она обернулась, но не увидела никого, кто мог бы сказать ей это.
– А знаешь, я лучше пойду, – произнесла Даша, повернувшись обратно к девушке.
Незнакомка молчала. Как тут бабочка взмахнула крылышками, взмыла вверх и, покружив возле Даши, исчезла в синем небе.
– Ой, – единственное, что сказала девочка.
Лицо незнакомки перекосилось. Она широко открыла рот. И Даша поняла, почему та не говорила. У нее не было зубов. Ровно как и языка. Только черная дыра, из которой нетерпимо воняло сыростью.
Даша отступила. Шаг. Еще один. И больше не смогла – ступни вросли в землю.
Кожа на руках и ногах незнакомки побелела, и начала лопаться, выпуская наружу серую пену. Волосы поседели и выпали, оставив гладкую, покрытую язвами, макушку. Платье почернело и поросло плесенью. Превратилось в лохмотья.
– По-помоги… – прохрипел призрачный глухой голос.
И Даша с ужасом поняла, что это и был настоящий голос незнакомки.
– Я н-не зн-наю, – с трудом выдавила она, не сводя широко раскрытых глаз от лица девушки, с которого слезала кожа.
– Я… Я хочу жить… Спаси… Уходи… Я не по… – с трудом прохрипел череп.
Нижняя челюсть с хрустом оторвалась. И вновь воцарилась тишина.
Тонкая рука поднялась. Похожий на желе серый кусок соскользнул с нее и упал в траву. Черные холодные пальцы коснулись щеки Даши, забирая тепло и жизнь.
Девочка закричала и открыла глаза. Вскочила и инстинктивно прижалась спиной к холодной ванне. Замотала головой, пытаясь понять, что происходит. Ее трясло.
– Даша! Бог мой! Что такое?!
Даша тупо уставилась на папу. Тот встревоженно глядел на нее. Так и не дождавшись внятного ответа, он присел и крепко обнял дочь, шепча ей на ухо утешающие слова.
И правда. Никакого поля, никаких сгнивших заживо людей… Этого не было. И не могло быть. Это был кошмар. Только и всего…
Но почему тогда так было трудно отвести глаз от пола? Где возле раковины в небольшой луже на спине лежала Лена.
Девочка всхлипнула и уперлась лицом в теплое папино плечо. Тихо захныкала, впилась ногтями в его широкую спину.
– Бог мой! Что стряслось? – послышался испуганный голос мамы из коридора.
Папа попросил ее не мешать. Даша была премного ему благодарна.
– Дорогая, как же тебя так угораздило? – поинтересовался папа.
– Я… испачкалась. Хотела постирать. И упала, – выдохнула малышка, желая умолчать о кошмаре, который все никак не выходил из головы.
– Да, ну и потоп ты развела. Мама рассердилась.
– Я не нарочно, – виновато выдохнула девочка.
– Забудь, – махнул рукой папа. – Все нормально. Ладно. Уже поздно. Иди спать.
–Угу.
