— Что?! — придушенно выдохнул шуттанец, до которого наконец дошло, что за игру затеяла его сумасшедшая подруга детства. — Быть такого не может… Как она могла собственноручно притащить к вашему порогу гродаринского ловчего? Они же, как бульдоги, вцепятся — не оторвешь. Прекрасно, теперь я точно должен добить его! Не хватало еще оставлять за ее спиной такого смертельно опасного врага. Да он чуть меня за грань не отправил, а у Теры из боевых навыков лишь колкости и смехотворные пинки по ногам, этого мало, слишком мало, даже для попытки убежать. Он же прикончит ее, если узнает, — засуетился Ригби и выхватил кинжал, намереваясь положить опасному фарсу конец.
— Эйнар тоже хотел его убить, как, впрочем, и я, но Тера поклялась, что мы пожалеем, если по нашей вине с головы ее персонального ловчего упадет хоть один волос. Как видишь, она исполнила старое обещание и отыскала своего самого надежного и стойкого врага. Ей с ним так же интересно, как было с тобой, и она дорожит их странной дружбой. Так что, оставь все как есть и лучше помоги оттащить Линаса в один из склепов. Не хватало еще, чтобы на него наткнулся кто-то из стражников и сорвал нам все дело, — оборвала шуттанца Клара и первая ухватила ловчего за ноги.
Постояв над ненавистным крылатым еще пару секунд с занесенным кинжалом, Ригби вернул оружие на пояс и молча подхватил врага под мышки. Поджарое телосложение с лихвой компенсировал рост и могучие красновато-бурые крылья ловчего, тащить его было тяжело и неудобно. Радовало лишь одно — пункт назначения. Не сговариваясь, они уложили бессознательного гродаринца в один из пустующих гробов и накрыли ветхим покрывалом, сдернутым с массивного саркофага, стоящего по центру склепа. Россыпь вышитых знаков прядильщиков, внушала робкие надежды хотя бы на незначительный вред для крылатого от воздействия силы, растревоженного похоронного колдовства.
— Жаль нечем дверь подпереть, замок не сможет удержать такого надолго. Может еще раз треснуть его для верности? — мстительно предложил Ригби, заканчивая возиться с проржавевшим замком. — И что там за пари? Ты так и не рассказала.
— Его вообще никакая сила не удержит, когда он придет в себя и отправится искать тех, кто с ним так некрасиво поступил, — флегматично ответила Клара, старательно проверяя, все ли свои вещи они забрали с места вынужденной задержки. — А пари — это отдельная головная боль, благодаря которой мы и узнали, кто с таким завидным постоянством просиживает штаны у нас на диване. Эйнар едва не подавился, когда услышал, как Тера в шутку объявила, что выйдет за ловчего, если он наконец-то перестанет позориться и поймает Серого Ловкача. И будто ей было мало этого — еще добавила, что Линасу стоит серьезно поразмыслить над такой удачной возможностью, ведь за нее дают воистину королевское приданное. Так они и заключили свое идиотское пари! — горько подвела итог Клара, отодвигая ветку и устремляясь вглубь кладбища к намеченному ими заранее вековому дубу, приютившемуся у самой ограды.
— Да уж! — емко ответил Ригби, когда к нему вернулся дар речи. — А приданное и правда королевское, Верховные Корды и Гродарина лично скинутся, если ловчий однажды явится требовать награду, полагающуюся за ее голову, — хохотнул шуттанец, понимая, что убийство Верховной Хильды и остальные пункты их сегодняшнего плана — не такая уж безнадежная затея, это всего лишь один из напряженных дней обычной жизни его старинных, неугомонных друзей.
Дальнейший путь по кладбищу проходил в полном молчании и невеселых размышлениях. До начала шествия свечей оставались считанные минуты. Намеченное для решающего выстрела место, радовало своей скрытостью и широтой обзора. Ригби поспешил занять его и стал зорко следить за происходящим на территории главного храма, удобно устроившись на массивной ветке. Клара расположилась под деревом и принялась за очередной магический рисунок толченым хрусталем. На этот раз, безобидным поиском пропажи дело кончаться не планировало.
Глава 9.1 Шествие свечей
Как чудесны бывают массовые празднования. Сколько счастья и веселья дарят их яркие огни и душевные тосты за мир и процветание во всем королевстве. Именно такие вечера служат источниками для наиболее смешных шуток, вырастающих на благодатной почве разнообразных забавных случаев, так коварно подпортивших когда-то всеобщее ликование. Спустя годы, память услужливо превращает мероприятия и связанные с ними курьезы, в настоящие легенды. Вспоминать о шумных вечерах становится чуть ли не приятнее, чем вновь отправляться на поиски новых масштабных развлечений.
