Развесивший уши прядильщик, далеко не сразу уловил, что над ним попросту издеваются. Наконец поняв свой промах, он раздулся, как злобная жаба и пригрозил вышвырнуть всех троих шутов за ворота города и никогда больше не пускать в Корду, окажись еще хоть одна дэйлинальская или любая другая монета на кону в их гнусной игре. Помимо этой, в ход пошли угрозы о возможных письмах к правителям их королевств с жалобами на возмутительное поведение послов. Прядильщик пригрозил обвинить всех троих в попытке срыва важного события, утяжелив это туманным намеком о разрыве дружеских отношений со всем Дэйлиналем.
Предупреждение о подлой жалобе эффекта не возымело, зато послы прекрасно поняли, что прядильщик вполне может приказать учинить над ними расправу непосредственно в самой Корде. Мерзнуть, сидя на холодной лестнице в гордом одиночестве, пока за стеной продолжается праздник и вино льется рекой, никому из них не хотелось, а потому пришлось попридержать коллективное остроумие до более подходящего случая. Но, какими бы трое господ были послами, если бы хоть на миг позволили себе окончательно пойти на поводу у какого-то надутого святоши?
Подождав, пока напыщенный индюк, возомнивший себя победителем, удалится, рассыпая направо и налево нравоучительные бредни, послы поднялись из-за стола, вышли на улицу и окинув заговорщическими взглядами приунывших зрителей, двинулись прочь от оживленной центральной площади.
После того, как новое место и все необходимое для продолжения игры было найдено, посол Клэрри подозвал парочку лоточников. Тщательный инструктаж по определению курса яблок относительно номинала монет не занял много времени. Ошарашенные лоточники были назначены ответственными за новейшую международную валюту и даже снабжены соответствующими такому важному делу, наспех составленными «грамотами».
Игра возобновилась с новым азартом. В какой-то момент в толпе зрителей начали стараться предугадать результат игры, заключались пари.
— Итак, господа, пришло время для решающей битвы! Посол Хельдерби, посол Клэрри, вы согласны с итогами наших неподкупных счетоводов? — обратился к партнёрам по игре с шутливой официальностью посол Ригби, указывая рукой на ровные столбики меловых цифр, отражающих ход напряженного международного противостояния бывалых игроков.
— Корда умеет считать, недаром Боривал почти загнулся, прибитый их неподъемными налогами. Не вижу особого смысла пересчитывать, — легкомысленно отозвался посол Хельдерби, не обращая внимания на то, как обиженно покосились на него двуликие зрители, задетые словами об их бедственном положении.
— Вы, как всегда, несправедливы к угнетенным, посол Хельдерби, — закидывая кости в деревянный стакан, заметил посол Клэрри. — Иной раз и самая отчаявшаяся жертва умудряется ускользнуть, исхитрившись укусить охотника, каким бы опытным и ловким тот не считался. Взять, к примеру, маленькое захудалое королевство Грифалет, — с намеком развил свою мысль посол, рассматривая полученную комбинацию. Бросок был не слишком удачным, но при должном невезении остальных, его вполне могло хватить.
— Грифалету конец, — с полной уверенностью возразил посол Хельдерби, подливая вина, сидящему справа от него послу Ригби. — За шарлатанов всерьез взялась Шутта. Кстати, кого из вашего посольства направили разбираться с их фокусами, если ты здесь?
— Шарлатаны видимо нашли, чем удивить, раз уж сам Ригби Бессердечный предпочел оставить их в покое, всего раз пообщавшись с грифалетским предсказателем, — не унимался посол Клэрри, с интересом поглядывая на шуттанца. Тот отставил занесенную для глотка кружку в сторону и сцепил на столе пальцы в замок.
— Боюсь салеманские шпионы начали терять свою хваленую хватку, иначе зачем бы им пришлось собирать досужие сплетни вместо достоверных фактов? — не остался в долгу посол Ригби, еле скрывая раздражение за натянутой улыбкой.
— В самом деле? — с притворным удивлением протянул посол Клэрри, будто в халатности сейчас уличили не шпионов его собственной страны, а чьей-нибудь чужой, не имеющей к нему ни малейшего отношения.
— Да уж, совсем обленились ваши молодцы, — посочувствовал посол Хельдерби, догрызая сахарное яблочко из числа тех, что лежали со стороны салеманца, решившего распустить очередную сплетню. — Посла Ригби за то и прозвали Бессердечным, что он ни во что и никому не верит, лишь с улыбкой выполняет свою работу, портя жизнь врагам Шутты. Блестящий подход к делу! Наша королева столько раз предлагала ему перебраться в Берентиль, но он все отказывается.
— В Берентиле для меня слишком холодно, — ворчливо пояснил шуттанец, но тут же добавил, заметив, как нахмурился посол дружественного королевства. — Однако, я высоко ценю гостеприимство вашей прекрасной королевы!
Лесть пришлась по душе берентильцу. Крякнув, он ловко подхватил кувшин и наполнил кружки до краев, требуя выпить за красоту и долголетие всех трех королев. Отказываться пить за правительниц послы не стали. Опустевшие кружки грохнули о крышку самодельного стола практически одновременно, но на этом их единодушие и закончилось.
