И Катарина решила: виноват просто он. Во всем.
А дальше она просто спасалась. Как умела. Действовала в основном на ходу, события неслись слишком быстро. Встреча со мной напугала Катарину, она все ждала, когда же ее эмоции вылезут наружу, когда я их распознаю. Она ведь горевала как убийца собственного жениха. И боялась не наемников и пожара, а меня. Еще встреча с советником Стрейтом маячила на горизонте. Одно хорошо: теперь Катарина была близко к основным событиям и могла внести свою лепту при желании. Что она и сделала. Дважды, на чем в итоге и попалась. Жаль, стоило быть умнее. Зато сейчас есть время все обдумать.
– Что за женщина! – подытожил Мартин. – А мне наша Злоденика казалась роковой. Но она же котеночек пушистый. Теперь, кстати, и впрямь пушистый.
– Когда-нибудь мы найдем способ вернуть ее дар. И отнять дар Катарины.
– Новые исследования кого-то из рода Альмар?
– Думаю… да.
– Крива дорожка твоего деда, ох крива.
– Знаю. Но я не собираюсь на нее сворачивать, у меня другой путь. Олли, что скажешь? Останешься во дворце? – я выглянула из-за плеча Мартина. – Нам бы пригодилась твоя помощь.
Олли улыбнулся.
– Да. Думаю, мне с вами нравится.
Мартин весело подмигнул:
– А там, глядишь, и Ника подтянется вместе со своим чудиком, у них там веселый любовный треугольник намечается, кстати! Вы же видели, как Растаман взглядом Адама прожигал? Нет?! Я что, один это заметил? Ладно, главное, все будем снова в сборе. Шестерка одаренных и Псих в тюрьме. А у него… будем брать консультации и проверять надежность замков. Лучше его запереть как следует.
– Спасибо, что спас его. Даже его.
– Я ведь все ради консультаций! – с веселым укором заметил Мартин, а потом вдруг притянул нас с Олли к себе и крепко сжал: – Это только начало, детки! Все самое лучшее у нас впереди!
– Нечем дышать, – жалобно просипел Олли…
А я думала, как же прав Мартин: все у нас еще впереди.
Она приходит только днем
– Расскажи мне все.
Он всегда просит об этом. Поначалу я поджимала губы и отказывала: ни к чему кормить зверя, пусть он и под надежной охраной, пусть не может причинить вреда. Но Алекс есть Алекс, при желании он всегда мог найти подход к любому человеку. Со временем нашел и ко мне.
По крайней мере, он так думал. А я ему позволила.
Такая веселая у нас игра, ничего нового.
– Ты был прав, – медленно начала я, – в той деревне случались странные убийства. Мгновенные смерти. И там жил человек, в доме на отшибе. У нас есть его примерное описание, а Мартин занят заклинанием, которое поможет найти этого человека.
– Еще один убийца будет пойман… благодаря мне.
– Благодаря Мартину, – поправила я.
Алекс закатил глаза. Теперь это смотрелось так странно, ведь целители так и не смогли вернуть Алексу его прежнее привлекательное лицо. Теперь один его глаз сполз вниз и уменьшился в размерах, нос вздернулся кверху, а губы словно размазались по лицу и лишились четкого контура.
– Ох, опять этот Ароктийский! Интересно, он будет лично ловить убийцу? Само собой, не тебе же это делать… пусть будет осторожен, достаточно всего одного касания… хотя знаешь, что? Осторожность переоценивают.
– Он справится.
Причем назло тому же Алексу, ведь визиты к нему Мартин категорически не одобрял. Поначалу я собиралась продолжить их втайне, но потом поняла: именно этого Алекс и добивался. Заманивал в ловушку. Поэтому Мартин знал обо всем и неизменно ждал меня у выхода из здания для опасных заключенных. Более того, он лично усилил некоторые охранные заклинания, с ворчанием отметив, что половина из них сильно устарела и никуда не годится.
– Теперь перейдем к лорду Фарону и его человеку…
Не успела я закончить мысль, как Алекс поднял руку и погрозил пальцем:
– Не так быстро, моя шустрая сестричка.
– С предыдущим делом все решено, – начала я злиться.
– Ничего не решено, пока твой Ароктийский не придумает, как напасть на след убийцы. Захотела обмануть меня? Нет, дорогая, все решится только в самом конце. Когда ты придешь сюда и расскажешь, осталась ли Катарина жива после встречи с себеподобным. Лишилась ли она рассудка, а быть может, струсила в последний момент? В конце концов, быть убийцей – ее суть. И только после этого мы возьмемся за следующее дело, если ты будешь убедительна и сможешь уговорить меня.
Как ни странно, именно решение рассказать все Мартину было самым лучшим, что я сделала. И, пусть он бурчал перед каждым визитом к Алексу, но неизменно находился рядом. Вот и сейчас, я буквально всем существом чувствовала его поддержку, только поэтому нашла в себе силы на равнодушный ответ:
– Катарина совершила много страшных поступков. Но такое заявление из твоих уст звучит смешно, Алекс. Ты лжец, манипулятор и, что самое ужасное, убийца, и не вправе судить других людей.
Алекс ухмыльнулся.
