– Думаю, вам нужен уход после простуды, – покривив душой ради безопасности пациентки, ответила мисс Фламел, укладывая инструменты в саквояж.
Врач и ассистентка покинули комнату, попрощавшись с горничной. Та отправилась искать Элмайру, чтобы попроситься к ней переночевать.
Дождавшись, пока шаги Маргарет затеряются в коридоре, Джорджиана обратилась к Виктории:
– Ты тоже видела эти следы?
– Я думаю, что здесь замешаны какие-то фокусы. Я бы не была удивлена, если бы сюда прибыл какой-нибудь именитый медиум и начал здесь что-нибудь «прорицать». Ну, вы знаете, эти дёргания ниток под столом, вращающийся шар, появляющиеся на стенах «кровавые» надписи, и все тому подобные «послания мира духов».
– Я тоже подумала о подобных балаганных фокусах. Но лунатизм, – мисс Фламел покачала головой.
– Думаете, что в этот раз всё гораздо серьёзнее, и злоумышленники перешли на галлюциногенные препараты? Это очень низко, я считаю. Если бы я работала медиумом, я бы это использовала обязательно, – ответила ассистентка.
Мисс Фламел рассмеялась.
А Виктория смотрела в окна, пока они шли по виадуку, и думала: серое небо наводило на неё тоску, но не сегодня. Какими бы ни были неприятными эти события, невероятный азарт охватил мисс Олдрэд. В своей жизни она любила больше всего три вещи: медицину, горячий чай со сливовым пирогом и загадки!
Поместье Оффорд готово было предложить два из трёх – и это было восхитительно!
К воротам поместья подъехала шикарная карета. Уже к этому экипажу подбежала целая толпа слуг – не только конюх, но и его помощник, возничий, два лакея, ещё один слуга. Из кареты вышла потрясающая женщина, одетая в тёмно-красный дорожный костюм, богато расшитый, шляпка с крупной сеткой-вуалью дополняла наряд. Гостья обладала необычной для этих мест внешностью: смугловатая кожа, вишнёвого цвета большие глаза и тёмные густые волосы, крупными волнами спадающие на плечи – цыганские крови проявлялись в каждом поколении её семьи. Леди вышла на отсыпанную камнями дорожу. Брошь-череп на груди блеснула в тусклом дневном свете, наводя суеверный ужас на прислугу.
Как бы ни была необычна внешность дамы, вышедшая следом за ней спутница выглядела ещё причудливее: кожа её была почти чёрной, как и радужка, из-за чего белки глаз казались белоснежными; высокие скулы, тяжёлые веки и широкие ноздри придавали лицу надменное выражение. Волосы были скрыты обмотанным вокруг головы цветастым платком. Пальто на ней было простое и тёмное, но видневшаяся из под его пол юбка оказалась цвета молодого вина. Женщина что-то выкрикнула на дикарском языке и нахмурилась – кажется, ей не нравился дождь.
– Дорогая, столько лет в Англии, и до сих пор не привыкла к местной погоде? – сказала леди, стоя под услужливо открытым зонтом.
Она улыбнулась и прошла чуть вперёд, оглядываясь: ни дворецкого, ни самого сэра Барлоу в толпе слуг она не увидела.
– Как это необычно – не видеть хозяина дома у кареты, – негромко посетовала она.
Навстречу выбежал грузный мужчина с тяжёлой челюстью, затянутый в тёмно-синий костюм, скроенный по последней моде. Женщина сразу узнала в нём управляющего гостевого дома Оффорд, Генриха фон Беркенштоффа.
– Леди Макабр! – он поцеловал руку дамы. – Я так рад, так рад! Проходите, пожалуйста, прошу. Такая леди здесь находится, и никакой внимания! – немец перехватил у слуги зонт, продолжая держать его над гостьей. – Прошу, прошу в наша замечательная гостиная. Приготовить ваша личная комната?
– Да, пожалуйста, я немного устала в дороге, – произнесла леди, следуя за ним.
– Мальчик, вещи! – управляющий обратился к лакею примерно того же возраста, что и он сам. «Мальчик» с трудом поднял один из сундуков и неторопливо пошёл следом.
Леди Макабр с удовольствием подметила, что в гостиной уже разожгли камин, подразумевая, что в Оффорде как обычно готовились к её приезду. Герр Беркенштофф прислушался.
– В столовой готовят обед. Будете ли вы обедать? – немец, смакуя каждое слово, обратился к великолепной гостье. – Я могу просить подавать сюда чай или кофе.
– Пожалуй, не откажусь от кофе.
– Хорошо, я сейчас распоряжусь подать и потребовать, чтобы никто вас не беспокоиль.
– Если это будет молодой хозяин поместья, я буду только рада его компании, – с улыбкой ответила леди.
– Герр Барлоу спустится сюда обязательно! – управляющий поклонился и быстро вышел.
Леди Макабр присела в кресло у камина.
Отогревшись, Айна прошлась по комнате, по-хозяйски поправляя все предметы, коих в гостиной было предостаточно. Также она поправила весьма интересную композицию – под стеклом на стене в коробе был заперт револьвер и пять пуль к нему.
Агнесс присмотрелась.
