– Я бы хотел посмотреть на всю эту ситуацию свежим взглядом, – сказал Торндайк, – особенно после того, что вы мне рассказали. Правильно ли я понимаю, что Джон Блэкмор был единственным человеком, который знал, что Джеффри проживает в «Нью-Инн»?
– Единственным из его личного окружения. Еще об этом знали в его банке и чиновники в ведомстве, где он получал пенсию.
– Конечно, он же должен был уведомить свой банк об изменении адреса.
– Да, верно. Что касается банка, я могу добавить, что управляющий сказал мне, что в последнее время они заметили небольшое изменение в подписи Джеффри. Думаю, вы поймете причину изменения, когда услышите остальную часть истории. Причина в том, что, как и у большинства людей в пожилом возрасте, у него ухудшилось зрение.
– У мистера Джеффри было плохое зрение? – переспросил Торндайк.
– Да, именно так, – сказал Стивен. – Он был практически слеп на один глаз, и в последнем письме, которое я получил, он сообщал, что и на другом глазу появились все признаки начинающейся катаракты.
– Вы говорили о его пенсии. Он продолжал регулярно получать ее?
– Да, он получал свое пособие каждый месяц, вернее, его банк получал за него. Они привыкли делать это, когда он был за границей, и власти это разрешали.
Торндайк некоторое время размышлял, пробегая глазами по записям на листах бумаги, а Марчмонт наблюдал за ним со злорадной улыбкой.
– Кажется, наш ученый адвокат растерян,– заметил он.
Торндайк рассмеялся.
– Мне кажется, – ответил мой друг, – что ваше предложение похоже на тот случай, когда дружелюбный человек предлагает медведю разгрызть орешек, чтобы извлечь вкусное ядро. В вашем проклятом завещании пока не видно слабых мест, которые можно было бы атаковать. Но мы не сдадимся. Из завещания мы выжали, что могли. Давайте теперь займёмся действующими лицами, а поскольку Джеффри – центральная фигура, давайте начнем с него и с трагедии в «Нью-Инн», с которой начались все эти неприятности.
Сказав это, Торндайк положил свежий листок бумаги на блокнот с промокательной бумагой и вопросительно посмотрел на мистера Марчмонта, который в свою очередь вздохнул и взглянул на пачку документов на столе.
– Что вы хотите узнать? – спросил он с некоторой усталостью.
– Все, – ответил Торндайк. – Вы намекнули на обстоятельства, которые объясняют изменение привычек Джеффри и изменение его подписи. Давайте рассмотрим эти обстоятельства. И, если позволите, хотелось бы рассматривать события в том порядке, в котором они произошли или стали известны.
– Вы хуже всех, Торндайк, – проворчал Марчмонт, – дело выжато до последней капли, в юридическом смысле, а вы хотите начать все сначала: с истории семьи, списка вещей и домашней мебели. Но я полагаю, придется смириться, а лучшим способом дать вам нужную информацию, будет изложение обстоятельств смерти Джеффри Блэкмора. Вас это устроит?
– Вполне, – согласился Торндайк, и Марчмонт начал рассказ.
– Смерть Джеффри Блэкмора была обнаружена примерно в одиннадцать часов утра пятнадцатого марта. Как выяснилось, рабочий поднимался по лестнице, чтобы осмотреть водосточный жёлоб дома №31 в «Нью-Инн». Окно на третьем этаже было открыто, мужчина заглянул внутрь и увидел лежащего на кровати джентльмена. Тот был полностью одет и, очевидно, прилег на кровать, чтобы отдохнуть, по крайней мере, так подумал строитель в тот момент, минуя окно при подъёме. Но когда через десять минут он спустился и увидел, что джентльмен все еще находится в той же позе, то постарался рассмотреть его более внимательно. Вот, что он заметил… Возможно, нам лучше изложить это его собственными словами, как строитель рассказывал эту историю на дознании:
