– Бесспорно, но в тускло освещенной комнате вы бы этого не разглядели. С другой стороны, если бы Полтон в таком виде шел по Флит-стрит в середине дня, грим стал бы бросаться в глаза любому в меру наблюдательному прохожему. Секрет искусства гримировки заключается в правильном наложении, в зависимости от условий освещения и расстояния, на котором будет виден грим. То, как его используют на сцене, будет выглядеть нелепо в обычной комнате.
– Возможен ли какой-либо эффективный грим на улице при обычном дневном свете? – поинтересовался я.
– О, да, – ответил Торндайк, – но он должен быть совершенно иного рода, чем на сцене. Парик, борода и усы приклеиваются к коже прозрачным клеем, аккуратно подстригаются ножницами и соединяются по краям с обрамляющими лицо волосами. То же самое относится и к бровям, а изменения цвета кожи должны быть выполнены гораздо более тонко. Нос Полтона был создан с помощью небольшого слоя простейшего крема, прыщи на щеках – с помощью маленьких частичек того же материала, а общая тонировка была сделана с помощью жирного грима с очень легким налетом пудры для снятия блеска. В наложении красок на лицо нужна большая осторожность и деликатность. Искусствоведы называют это «сдержанностью». Вы удивитесь, узнав, как мало грима требуется, чтобы изменить форму носа и весь характер лица.
В этот момент в дверь громко постучали, раздался одиночный, солидный удар, который Полтон, казалось, узнал, ибо он воскликнул:
– Боже правый, сэр! Это Уилкинс, кэбмен! Я совсем забыл о нем. Что же делать?
Он с нелепым ужасом смотрел на нас минуту-другую, а затем, сорвав с себя парик, бороду и очки, засунул их в шкаф. Но теперь его вид был слишком странным даже для Торндайка, который поспешил за ним.
– О, это не повод для смеха, сэр, – возмущенно воскликнул наш верный помощник, – кто-то должен впустить его, иначе он уйдет.
– Не волнуйтесь, Полтон, – сказал Торндайк, – вы можете пойти в кабинет. Я открою дверь сам.
Присутствие духа, похоже, совсем покинуло Полтона, так как он лишь нерешительно застыл на месте. Дверь открылась, густой и хриплый голос спросил:
– Джентльмен по фамилии Полтон живет здесь?
– Да, совершенно верно, – ответил Торндайк, – входите. Вас зовут Уилкинс, я полагаю?
– Так и есть, сэр.
В ответ на приглашение Торндайка в комнату вошел типичный старомодный ворчливый кэбмен в классическом плаще и с бляхой. Оглядевшись вокруг со смесью смущения и вызова, мужчина вдруг с жадным любопытством уставился на нос Полтона.
– Вот вы и прибыли, – нервно заметил Полтон.
– Да, – ответил мужчина слегка враждебным тоном, – вот и я. Что я должен делать? И где этот мистер Полтон?
– Я и есть мистер Полтон, – произнес наш смущенный помощник.
–Мне нужен другой мистер Полтон, – сказал извозчик, не сводя глаз с выдающегося носа собеседника.
– Нет никакого другого мистера Полтона, – раздраженно ответил наш подчиненный, – я тот самый человек, который разговаривал с вами.
– Правда? – недоверчиво спросил мужчина. – Я бы не подумал, но вам лучше знать. Что вам от меня нужно?
– Мы хотим, чтобы вы, – сказал Торндайк, – ответили на несколько вопросов. И первый из них: вы не трезвенник?
Вопрос сопровождался появлением графина, и напряжение, исходящее от извозчика, несколько ослабло.
– Я не фанатик, – добавил он.
– Тогда садитесь и смешайте себе стаканчик грога[52]. Содовая или простая вода?
– Можно и то, и другое, – ответил кэбмен, берясь за графин с деловым видом. – Если вы не возражаете, добавьте соды, у вас лучше получится.
Пока шли эти предварительные приготовления, Полтон бесшумно выскользнул из комнаты. Когда наш посетитель подкрепился глотком необычайно крепкого напитка, допрос начался.
– Вас, кажется, зовут Уилкинс?
– Да, сэр. Меня зовут Сэмюэль Уилкинс.
– Чем вы занимаетесь?
– Это очень трудное занятие, за него не платят так, как оно того заслуживает. Я вожу кэб, сэр, четырехколесный кэб. И это очень неблагодарная работа.
– Вы случайно не помните день с поразительно густым туманом около месяца назад?
– Как я могу забыть этот день! Сэр! Это была среда, четырнадцатое марта. Я запомнил дату, потому что в то утро мой кредитный союз потребовал просроченные взносы.
– Можете рассказать, что произошло с вами между шестью и семью часами вечера того дня?
