Лучше б замолчали факт задержки, опоздания, чем так наивно нести несусветную чушь. Аргумент потяжеловесней — коль к комдиву своему не вовремя явились «на свиданье боевое», то сколько ж было несостыковок, вопиющей неорганизованности и небрежности… Не из таких ли подобных случаев пришло и укоренилось — война все спишет? Справка: в Афганистане погибло 1179 десантников… Списывайте!
Захват Генерального штаба обставили таким образом. Комдив Рябченко и подполковник Якуб встречаются для налаживания взаимодействия с последующим скреплением зарождающейся дружбы на намечаемом в тот день банкете, о чем была оповещена советская сторона. Генерал Магометов, выполняя циркулярное предписание о спаивании афганцев накануне вторжения, подал личный пример и упоил-таки намедни дорогого друга Мухаммада. Якуб в долгу не остался — официально и персонально пригласил Магометова на державную пирушку. Салтан Кеккезович, поблагодарив Якуба, обещал быть. Слово свое он, генерал, сдержит — сам лично не заявится по причине крайней занятости, но пришлет многих своих подчиненных… Хотя майоров — даже из элитных подразделений КГБ — не приглашали. А вот майора Холбаева, командира «мусбата», просили присутствовать. Но Хабибджан попирует ночь напролет в другой стороне…
В 18.35 группа «Зенит» во главе с Валерием Розиным на четырех машинах выехала с территории посольства. В экипаже Розина находился Абдул Вакиль. У парадного подъезда отметились около 19.00. Комдив Рябченко, советник начальника Генштаба генерал Костенко, генерал Власов, майор Розин (он выступал в роли заместителя комдива по технической части) и переводчик Плиев прошли в кабинет. Перед входом в приемную все сдали оружие — того требовали принятые правила. Сопровождавшие Рябченко офицеры — братья Лаговские, Станислав и Павел, а также «зенитовцы» Ирванев и Васильев остались в коридоре. Якуб приветливо встретил гостей и пригласил их за стол. Подали кофе, и началось обсуждение текущих вопросов.
