Тайна Пристройки 3 полностью

Они заказали четыре (да!) бутылки шампанского – оба его очень любят! – две в новогоднюю ночь и две на следующий день, последняя все еще была в кладовой, если Льюис хочет ее видеть. (Льюис хотел). Да, она вспоминает кое-что о Баллардах, как и о Палмерах, но ее воспоминания об этом вечере были еще более смутны, чем у Филлипы Палмер. При этом она, как и Филлипа, считает, что вечер был прекрасно организован, все было очень забавно, а питание и напитки были воистину хороши. Смиты оба любили маскарады и в тот Новогодний вечер появились – достаточно странное сочетание! – она как обольстительная Клеопатра, он как самурай без меча. Не хочет ли Льюис увидеть костюмы? (Льюис хотел). Она не может с уверенностью вспомнить, много ли ел и пил Баллард в тот вечер. Но совершенно ясно помнит, как Баллард шел с ней рядом сквозь снег (О, да! тогда был сильный снегопад) к пристройке, как и то, что испачкал рукой правый лацкан ее пальто – что, конечно, Льюис мог бы посмотреть, если желает (Льюис пожелал).

В конце допроса Морс, не проявлявший вроде бы интереса к вопросам Льюиса и пролистывавший огромный том, озаглавленный «Пейзажи Томаса Харди», внезапно спросил:

– Вы узнали бы миссис Баллард, если бы увидели ее снова?

– Я… правда, не знаю. Она была в маскарадном костюме и…

– В парандже, не так ли?

Элен кивнула, сконфуженная резким тоном его вопросов.

– Она что-нибудь ела?

– Да, конечно.

– Но в парандже невозможно есть!

– Нет.

– Тогда вы должны были видеть ее лицо?

Элен знала, что он прав, и неожиданно в ее сознании всплыло кое-что.

– Да, – начала она медленно. – Да, я видела ее лицо. На верхнее губе у нее было легкое покраснение, такие маленькие красные точки, как от уколов булавкой, понимаете, такие красненькие пятнышки… Но еще до того, как она изрекла эти слова ее собственные губы задрожали и стало ясно, что часовой допрос сильно сломил ее дух. Слезы блеснули в ее глазах, и она резко отвернула голову, чтобы скрыть смущение от двух полицейских.

В машине Льюис спросил, не разумнее было бы отправить Элен Смит в Оксфорд и там снова ее допросить. Но Морса, вроде бы, не особенно воодушевили подобные драконовские меры: он утверждал, что по сравнению с такими как Марцинкус[18] и его дружки из ватиканского банка, Джон и Элен Смит – святые в белых одеждах. Когда они повернули на шоссе А34, Морс заговорил о странной даме в парандже и ее верхней губе.

– Как вы догадались, Льюис? – спросил он.

– Ну, это надо быть женатым, сэр – но я не думаю, что вам нужно чересчур обвинять себя, в том, что вы это упустили. Видите ли, большинство женщин хочет выглядеть как можно лучше, когда отправляются куда-нибудь, скажем в отпуск или заграницу. У моей жены есть небольшая проблема с этим – несколько почти незаметных волосков над верхней губой. Для многих женщин это проблема, особенно если они темноволосы…

– Но ваша-то жена светлая!

– Да, но с возрастом это появляется у всех. Если вы женщина это создает известные неудобства и заставляет вас чаще посещать косметические салоны, в которых делают электропиллинг – подводят что-то вроде иголок к корням волос и пытаются освободить вас от них. Но это дорого, сэр!

– Ну, поскольку вы богатый, то можете позволить себе отправить супругу в такой салон на процедуры?

– С большим трудом!

Льюис внезапно газанул, бодро ударив по педали, включил мигалку, и полицейская машина, набрав 95 миль в час, выехала на боковую полосу и пролетела мимо дюжины фургонов и легковушек, которые благоразумно сбавили скорость, увидев в зеркала заднего вида несущуюся белую машину.

– От процедур, – продолжил Льюис, – кожа слегка розовеет, а говорят, что верхняя губа особенно чувствительна и часто бывают аллергические реакции – нечто вроде…

Но Морс его уже не слушал. Его собственное тело как будто встрепенулось, а на лице появилась блаженная улыбка, когда Льюис пришпорил машину – к Оксфорду!

Вернувшись в Управление в Киндлингтоне, Морс решил, что они провели достаточно времени в неприятно холодной и плохо оборудованной комнате в задней части пристройки «Хауорд», и что пришла пора перебираться домой, где им и было место.

– Пойти в магазин купить папки? – спросил Льюис.

Морс поднял две папки, которые едва вмещали документы, и бегло просмотрел их содержимое.

– Этих достаточно.

Через полчаса зазвонил телефон, и на другом конце линии Морс услышал голос Сары Джонстон. Она вспомнила еще одну подробность о миссис Баллард. Может быть, с ее стороны было глупо беспокоить Морса этой мелочью, но она может поклясться, что на пальто миссис Баллард был круглый значок – Королевского общества благотворительных инициатив – когда она регистрировалась при поселении в отеле в Новогодний вечер.

– Ну, – сказал Морс, – хорошую работу мы проделали, Льюис. Сумели найти двух женщин и, похоже, без труда найдем и третью! Но не этим вечером. Я переутомился, так что ванная и сон хорошо отразятся на мне.

– И бритье тоже, сэр.