– Ух ты! Агата, спускайся сюда!
Я поспешила за ней. Это был обычный тоннель Гильдии: чистый и в хорошем состоянии, ничего особенного. Стены были в основном из бетона, однако попадались каменные или кирпичные участки – наверное, за десятки лет стены раскрошились, а потом их снова отремонтировали.
– Где мы? – растерянно огляделась Брианна.
Я показала на ответвление, уводящее вправо.
– Если моя интуиция меня не подводит, то где-то там находится станция метро «Британский музей».
Мне хотелось посмотреть на станцию ещё раз, проверить, пользуются ли ею до сих пор и не найдутся ли там новые улики.
– Но у Британского музея нет метро.
– Разве мы не рассказывали тебе про станцию? Она когда-то входила в состав Центральной линии.
Брианна распахнула глаза и уставилась на меня:
– Что, в Лондоне правда есть заброшенная станция?
– Ну, строго говоря, даже не одна. Но нас интересует именно эта.
– Меня интересуют они все!
– Ну, ладно, рельсоманьячка. Может, исследуем остальные в другой раз.
Брианна яростно закивала. Луч фонарика выхватывал из тьмы тоннеля её лицо. Выглядело это даже немного жутковато.
Я передёрнула плечами.
– Идём.
У нас ушло меньше пяти минут на то, чтобы найти рельсы, – и ещё около десяти на то, чтобы добраться по ним до двери, выводящей к станции под улицей Хай-Холборн. Как раз в эту минуту мы услышали, что мимо проходит поезд. Нас с неожиданной силой ударило волной воздуха. Брианна занервничала.
– А ты уверена, что поезда тут больше не ходят?
– По этому участку не ходят.
Вытащив ключ, я отперла дверь. Выбравшись на станцию, Брианна тихо присвистнула.
– Ты только погляди! Да тут как в музее! – Она показала на рекламу растворимого кофе. – Какие старые плакаты!
Я улыбнулась:
– Я же обещала, что будет здорово?
Пройдя ещё немного вперёд, она остановилась перед огромной металлической катушкой. У стены стояло несколько таких же, кроме того, мы увидели большие канистры.
– Это что?
Я подошла к Брианне и нахмурилась. Металл в катушках был серебристым и плоским. Я такое уже видела – в химической лаборатории в школе.
– Похоже на магниевую ленту.
На канистрах рядом с катушками было подписано «Окись железа» или «Алюминиевый порошок».
– В прошлый раз этого тут не было, – заметила я. В голове лихорадочно закрутились мысли. Окись железа, алюминиевый порошок и магниевая лента… Окись железа, алюминиевый порошок и магниевая лента… Ну же, ну же!
– Как ты думаешь, для чего это? – спросила Брианна.
Я переключилась на внутренний информационный канал. Химикаты немедленно ожили перед моим мысленным взором. Магниевая лента развернулась и подожглась, потом подползла к алюминиевому порошку и окиси железа… и… БАХ!
– Термит! – обрадованно воскликнула я. Брианна так и подскочила. – Извини. Меня осенило.
– Термит? Это ещё что такое?
– Смесь, вызывающая исключительно высокотемпературную химическую реакцию, способную расплавить сталь.
Мы несколько мгновений глядели друг на друга.
– Зачем кому-то… – начала Брианна.
– Не знаю, – перебила я её. – Тут этого добра навалом…
– Думаешь, это и стало причиной провала?
Я кивнула:
– Вполне возможно. Если кто-то взорвал большой участок тоннеля, вполне могла образоваться подземная пещера вроде той, что я видела.
Мы провели на станции ещё несколько минут. Брианна просто осматривалась – охая и ахая по поводу старых плакатов, телефонов и всего такого, а я искала свежие следы и проверяла, нет ли здесь какой другой взрывчатки или оружия. Но ничего подозрительного не обнаружила.
– Уходим? – спросила я Брианну. – Думаю, кто бы ни был виновником аварии с фургончиком мороженого, на остатки взрывчатки у них другие планы. Её тут столько, что хватит хоть Тауэр взорвать. И владельцы не обрадуются, если поймают нас рядом со своими запасами.
Брианна закатила глаза.
– С тобой не соскучишься, Агата Фрикс. И как ты вечно умудряешься нарваться на что-нибудь опасное?
Я ухмыльнулась.
– А ты бы предпочла, чтобы я расследовала дела школьных учителей?
– Ой, нет! Так куда веселее. – Она улыбнулась мне в ответ. – Ну что, пойдём отсюда?
Пока мы шагали от станции обратно в тоннели, я обдумывала нашу находку.
– Что, по-твоему, они собираются делать со всем этим термитом?
– Может, и правда, взорвать Тауэр?
– Но тогда бы они не стали складировать его под Британским музеем. Слишком далеко.
Брианна остановилась и подумала.
– Какие-нибудь раскопки?
– Но для чего? Что им нужно?
Брианна развела руками:
– Понятия не имею. Может, пойдём посмотрим, что там, под провалом? Вдруг найдём ответ.
– Именно это я и собиралась предложить!
По дороге я рассказала ей про Гильдию Привратников и про паутину лжи вокруг маминой гибели. Мне казалось, если я с кем-нибудь не поговорю об этом, моя голова взорвётся. Меня, конечно, слегка мучила совесть, что я выдаю их тайны, – но Брианне я доверяла. Она никому не проболтается.
