Виктор провел рукой по волосам, последний раз взглянул в зеркало и вздохнул. Ничего не ответив, он подошел к двери, передернул задвижку и повернул рукоятку. Очень юный парень испуганно отскочил, заливаясь краской. Судя по всему, он прижался к двери ухом, пытаясь расслышать, что там происходит. Ненадолго Виктор замер, осматривая молодого человека, размышляя о том, что же этот человек ожидал такого услышать, что покраснел. Туалеты на территории колонии были одноместными, а значит, в любом из них могли находиться как мужчина, так и женщина. Наконец, Виктор решил, что уже вышел из возраста, когда везде ищут злой умысел, и еще не дожил до тех лет, когда читают нравоучения молодому поколению, и поспешно удалился.
Коридоры колонии были всегда полны людей, хотя население Титана-2 – планеты-шахты – было не так велико, как население других подобных колоний. Иногда даже казалось, что никто на этой планете не работает – все ходят по коридорам.
Титан-2, как и другие три Титана, был богат углеродом, кремнием и – подумать только! – титаном. Когда на Земле топливо стали изготавливать не из нефти и газа – что делали веками – а из других элементов, в основном – из углерода, только шесть планет стали особо важными для человеческой цивилизации, в число которых Титан-2 не вошел. Колония здесь была основана уже давно, но особого интереса она не вызывала. До тех пор, пока на ее территории не были обнаружены неизвестные доселе людям минералы голубоватого цвета.
В короткое время со всех планет налетела целая армия корреспондентов, ученых и торговцев, которые слетаются на любые сенсации, и колония оказалась переполненной. Агрегаты, служащие для фильтрации здешнего воздуха и превращения его в тот, который необходим человеку, работали на пределе своих возможностей. Никто из техников тогда не верил, что машины выдержат такой бешеный темп, но те сделали свое большое дело.
Однако вскоре после этого ненормального наплыва туристов на Титане-2 начали происходить ненормальные вещи другого характера. Люди начинали беспричинно паниковать, их мучили бессонница и кошмары. В связи с этим все, кто не был необходим для работы колонии, поспешили покинуть планету.
В то время жизнь на территории колонии словно замерла. Лишь изредка некоторые авантюристы снабжали небольшие корабли для того, чтобы увезти с планеты образцы тех самых минералов, что были нарасхват среди ученых, которые по той или иной причине не сумели сами найти такой минерал.
Спустя месяцы взбудораженная общественность стала забывать о том, какие странные вещи происходили на Титане-2, и со временем жизнь колонии снова потекла в привычном рабочем русле.
Но лучше бы все-таки народу было поменьше, решил для себя Виктор, умело маневрируя в потоках людей, которые шли в разных направлениях, иногда не совсем понятно, в каких именно, врезаясь друг в друга, ругаясь и размахивая локтями, словно плавниками, прокладывая себе свою собственную, индивидуальную дорогу. Конечно, можно было договориться о том, чтобы пешеходы придерживались какой-то одной стороны, тогда люди, идущие в одну сторону, были бы справа, а идущие в противоположную – слева, или наоборот. Но почему-то это так никому и не пришло в голову.
Наконец, Виктор оказался там, где хотел, хотя обычно бурное течение пешеходов заносило его куда-нибудь в дальний сектор. Комната была небольшой, потому что была предназначена лишь для одного Виктора – старшего мастера-техника Титана-2.
Многие завидовали ему, говоря: «Хорошее место – смотришь на лампочки и посылаешь других работать». Но сам Виктор так не считал. Да, зарплата у него большая, но это не компенсирует ответственность за всех техников колонии. Да и целый день сидеть на одном месте, координируя работу своих подчиненных, – не особо веселое занятие.
Виктор быстро окинул взглядом лампочки, каждая из которых означала отдельное помещение, убедился, что все они светятся зеленым, и, проклиная про себя проектировщиков колонии, которые расположили туалетные помещения так далеко друг от друга, занял свое кресло. Рабочий день был в самом разгаре, до обеда оставалось немало времени, поэтому все жители колонии пока еще старательно выполняли свои обязанности.
Виктор начал перекличку персонала, проверяя, все ли на своем посту, работает ли вообще связь. Почти закончив свою проверку, он услышал, как за его спиной тихо открылась дверь, вошедший приблизился, стараясь не издавать ни единого звука, и остановился. В комнате снова воцарилась тишина, словно никого в комнате, кроме мастера, и не было. Виктор знал, что это вошла Кристина. Высокая, рыжая, с невинным детским взглядом. Она каждый день входила в его «рубку» на цыпочках, чтобы, по ее же словам, не нарушить той рабочей среды, которая царит в этом небольшом кабинете.
