— Что ты думаешь? — поинтересовался Роджер.
— Думаю, что ее убрали сразу. Вместо нее и летчика истребителя в какую-нибудь страну по их паспортам улетели сотрудник и сотрудница СБУ, которые потом где-то в Турции или Египте избавятся от чужих имен и под своими именами вернутся в Киев.
— Это оговорено?
— Это очевидно. Страна может быть другой, но вероятней всего та, куда не требуется виза. Хотя и это не проблема.
Надежда Полковника, что Новый год они будут встречать вместе, не сбылась. Саманта уехала к родителям, но обещала позвонить. Пол поехал знакомиться с родственниками Александры еще в Рождество.
Весь день Полковник переходил из кухни в кабинет и обратно, при этом ничего особенного не делая. День невыносимо тянулся. Особой надобности в работе не было — все этапы по проекту прикрытия сработали. Остался еще один, связанный с независимыми журналистами, эпизод. Но Полковник никак не мог уже повлиять. Все, что нужно было, сделано и ждет своего часа, когда журналисты сами выйдут на нужных и подготовленных людей.
Роджера переключили на другой проект, работа в кабинете потеряла искрометность и легкость. Полковник редко бывал в офисе, Саманта заходила в кабинет, спрашивала о кофе, но никаких других поручений для нее не было. Можно было возникшее свободное время использовать для развлечений, но в силу своего характера Полковник предпочитал тихий уют дома, замкнутый образ, накапливание информации, а развлечения он считал второстепенным, поэтому в кино с Самантой они сходили за все всего один раз, а в театр так и не попали.
Полковник понимал, что он довольно мрачный и замкнутый человек. Лишь встреча с Самантой внесла существенное изменение в его жизнь — она стала насыщенной, интересной и теплой. Но отсутствие Саманты стало его угнетать, Полковник острее стал чувствовать свое одиночество.
Вот и теперь он не мог заняться привычным делом — поиском информации. Вместо этого бесцельно бродил по дому. Две бутылки пива, выпитые в течение дня, не приблизили вечер, не заполнили пустоту.
Впервые жизни он на физическом уровне ощутил пустоту дома. Возможно, пустоту своей жизни?
Но этот вопрос был запрещенным, за ним могли последовать другие, могущие задеть основы его существования, а это уже угроза самому существованию. Поэтому включился механизм самосохранения, и Полковник направился в кабинет, чтобы войти в привычный мир своей жизни.
Постепенно погружаясь в мир информации, Полковник растворялся в новостных потоках, вчитываясь в сообщения на мониторе компьютера. Незаметно пролетело несколько часов, посвященные охвату всего диапазона информации, прямо или косвенно связанной с проектом.
Полковник отметил, что интерес к гибели пассажиров рейса MN 17 практически пропал. Лишь в России продолжали поиски причины крушения авиалайнера и виновных в трагедии. Тема крушения погрузилась в тихую болотную среду забвения. Можно было бы ее полностью закрыть, если бы не необходимость когда-нибудь опубликовать итоги расследования международной комиссии и потуги некоторых журналистов, среди которых и соотечественник Роберт Пэрри. Он через несколько дней после авиакатастрофы на интернет-портале Consortiumnews, специализирующемся на независимых журналистских расследованиях, сообщил, что малайзийский авиалайнер сбили украинские военные. Основанием для такого утверждения послужили снимки, сделанные с разведывательного спутника США, переданные ему одним из сотрудников спецслужбы. Но информация дальше интернет-портала не пошла, все хоть мало-мальски значимые СМИ не заметили его публикацию. А в огромном количестве публикаций, изложивших причину катастрофы в соответствии с рекомендациями Майкла, статья Пэрри просто растворилась. От отдельных публикаций, например сообщения World Socialist Web, уже ничего не зависит, и тайна MN 17 обречена на забвение. Косвенным подтверждением такого хода событий стало заявление главы комитета по расследованию Фреда Вестербека, спокойно и равнодушно сообщившему Der Spiegel, что спустя столько месяцев ни американская, ни немецкая разведка не передали спутниковые снимки. Что означает, что их и не будет. Забудьте.
Растворить правду в океане лжи — одна из задач прикрытия. Наличие противоречий, давление ведущих СМИ, привязка патриотизма к определенному изложению события и многое другое направлены на снижение интереса к теме. Потом формируется равнодушие на фоне усталости от повторения. И, когда тема кажется забытой, вновь возникают публикации, которые окончательно фиксируют у обывателя правильную трактовку событий. На этом ставится точка. В таком плане и продвигалась реализация проекта прикрытия.
Сам проект «Самолет», как считал Полковник, завершился успешно, если не считать самодеятельности украинских военных и силовиков в заключительной стадии проекта. Он понимал, что проекту оказана огромная поддержка с подключением нужных и влиятельных дипломатов, чиновников, военных и разведчиков. И в этом непосредственная заслуга Майкла и его когорты.
