— Что-нибудь случилось? — спросил Полковник.
— Хочу предложить мороженое, — смущенно проговорила она.
— И кофе, — дополнил Роджер.
— Как-то неожиданно, — признался Полковник. — Об этом совсем не думал. Но почему бы и нет?
— А долго придется ждать? Я уже настроился, — заявил Роджер.
— Я его уже принесла, сейчас занесу.
— Кофе не забудь.
Довольная Саманта уже выходила из кабинета, как Полковник окликнул ее:
— Себя не забудь, ждем.
Роджер не успокоится, подумал Полковник, пока не расскажет о своих похождениях в Киеве. Саманте нужно время, чтобы сварить кофе. Вот это время надо дать Роджеру на сообщение о сексуальной индустрии в Киеве. Ведь не успокоится, пока не расскажет. Его так и распирало от желания похвастаться успехами на этом фронте.
— Как в Киеве? — без уточнения темы спросил Полковник.
Роджер, очень довольный тем, что нужная тема всплыла неожиданно сразу и без его потуги, стал в восторженных тонах рассказывать о девицах в гостинице. Сладкие женщины — так он коротко выразил их суть.
— Если бы видел их, — мечтательно произнес он. — Сказка. Одна лучше другой. Глаза разбегались.
— И долго искал?
— Они были везде — в холле, в баре.
— Не многовато их было для тебя?
— А я не один был, вся наша делегация участвовала.
Полковник иронично улыбнулся, это заметил Роджер и отреагировал:
— Предполагаешь, что Служба безопасности Украины нам их подложила?
— А ты сомневаешься?
— Нет, я тоже такое предположил. Но было хорошо, даже очень хорошо, а язык за зубами я умею держать, не знаю, как другие, за всех не могу говорить.
Роджер, как истинный художник, крупными мазками восторженно рассказал о жизни ночного Киева, но перейти на детали не успел — вернулась Саманта с мороженым и кофе. Они с Роджером расположились на диване, Полковник остался сидеть в кресле. Из-за присутствия Саманты Роджер поменял тему и стал рассказывать о Киеве, Майдане, где погибли десятки людей, о снайперах, которых не нашли.
— Что сейчас на Майдане? — поинтересовался Полковник.
— Палатки с протестующими. Люди устали, революционный порыв еще есть, но появилась настороженность.
— Твое ощущение? — холодно и отчетливо спросил Полковник.
Саманта не ожидала такого резкого перехода: что встревожило Полковника, насторожило?
— При всем хаосе на Майдане, слабом внутреннем управлении, мне показалось, что внешнее управление осуществляется жестко.
— Все это стоит больших денег. Если есть внешнее управление, с Украиной можно иметь дело.
Голос Полковника вновь изменился, стал привычным — мягким и тихим. Что насторожило его и что в ответе Роджера успокоило? Высшая математика, подумала Саманта, которую предстоит постепенно изучать, благо что учитель рядом. С этой мыслью она, допив кофе, попрощалась и забрала с собой посуду.
Оставшись с Полковником один на один, Роджер сразу приступил к делу:
— Я переслал тебе карту движения гражданских самолетов в воздушном пространстве Украины. Смотрел?
— Нет, компьютер я еще не включал, — признался Полковник, — только вошел.
— Трассу южного коридора, как ты сказал, я не приложил. Можно поинтересоваться, почему?
Полковник направился к письменному столу, включил компьютер, открыл почту и отправил новое письмо Роджера на распечатку. Роджер понимал, что все эти манипуляции были необходимы Полковнику, чтобы решить, что и в каком объеме сказать.
— Могу сказать очень коротко: президент Путин не будет возвращаться этим маршрутом.
— Но вероятность мала, что мы его достанем. Может быть, стоило сразу ограничиться гражданским самолетом?
Полковник улыбнулся и добродушно посмотрел на собеседника. Выдержав короткую паузу, он стал выстраивать пошаговую последовательность объяснений:
— Когда ты потратил тысячу долларов, будешь переживать за один дополнительный доллар, если он может с вероятностью в пять — десять процентов принести большой бонус? Тем более что этот доллар оплатит в конечном счете сама Украина.
— Уверен, что переживать не буду.
— Поэтому южный коридор был исключен. Есть еще один аргумент, но он потребует больше времени.
— Мы, кажется, после защиты проекта можем себе позволить расслабиться на пару часов? Вечером сходим пообедать? — предложил Роджер.
— Принимается, — не раздумывая, согласился Полковник, также считавший, что можно позволить себе немного отдохнуть. — Вернемся ко второму аргументу. По проекту предполагается крупный и очень длительный военный конфликт на территории, где упадет самолет. Если это будет на южном направлении, у русских будут трудности в поставке оружия и военных.
— Ты уверен, что Россия втянется в конфликт?
— Уверен в обратном. Путин не позволит себя втянуть в войну, хотя нам это очень выгодно. Поэтому он этого не сделает.
— А как быть с тезисом, что он своих не бросает?
— Он и не бросит. Будет помогать, но неофициально. Войска не будет вводить, но кто сказал, что он должен запретить участвовать в столкновении добровольцам?
— А как с вооружением? — поинтересовался Роджер.
