Выше сказано о христианстве как о религии свободы. Но свобода — очень ответственный дар. Дьявол (падший ангел) — это тоже существо, созданное свободным, но неправильно распорядившееся своей свободой воли, решившее гордо соперничать с Богом. Все зло в мире от того, что тварь (включая часть ангелов, превратившихся в бесов) злоупотребила свободой, уклонившись от Божьего замысла и сделав больным мир.
Бесы начали ожесточенную войну с Богом за влияние над человеком, вмешиваясь в его жизнь. Нередко именно бесам (характерны устрашающие изображения многих идолов) поклонялись дохристианские, языческие религии, чувствуя наличие духовного мира, но плохо различая в нем светлые и темные силы. В этом коренной порок язычества: оно не понимает происхождения в мире добра (которое первично, ибо от Бога) и зла (которое вторично и коренится в злоуопотреблении сотворенных существ своей свободой). Язычество почитает те и другие силы как равнозначные начала бытия, тем самым оправдывая зло как нечто естественное и в результате подпадая под «естественную» власть сатаны, — что заметно во многих языческих культах.
Так, например, бесовские образы зримо представлены в страшных богах восточных религий, в частности, в индусской (которую известный язычник А. Иванов проповедует для принятия в России как "исконно арийскую"); шиваизм требует даже человеческих жертвоприношений. "Оскалившая зубы чудовищная десятирукая богиня Кали, едущая на колеснице, под тяжелыми колесами которой находят смерть фанатики-шиваиты, — что это, как не символ полного торжества сатаны над человеком", — писал даже евразиец князь Н.с. Трубецкой ("Религия Индии и христианство"). Даже в наиболее «безобидных» восточных религиях, например, буддизме — характерен ложный метод "борьбы с мировым злом": он заключается в борьбе против свободной и индивидуальной человеческой души для приведения ее в «бесстрастное» состояние равнодушия ко злу. Характерна и конечная цель этих религий: растворение в «нирване», то есть прекращение существования личности (духовное самоубийство).
В некоторых примитивных племенах известны и откровенно сатанинские культы сознательного поклонения злой силе. Заметим, что и в славянском язычестве присутствовали неизбежные сатанинские элементы, когда грозных богов вроде Перуна задабривали человеческими жертвоприношениями. Таким образом, язычество — это не изначальное гармоничное состояние человека, а следствие утраты сознания Божественной Истины вследствие грехопадения первых людей, это поклонение природе больного мира, со всей его жестокостью, безысходностью и с его злом — "поклонение твари вместо Творца" (Рим. 1: 25).
Конечно, и в язычниках сохранялся "образ и подобие Божие"; как говорил апостол Павел, "дело закона записано у них в сердцах, о чем свидетельствует совесть их" (Рим. 2:14–15). Человеческая "душа по природе христианка", говорил в этой связи Тертуллиан, поэтому и язычникам были доступны некоторые религиозные истины о загробном существовании и суде Божием (Рим. 1:32). В Священном Писании много примеров, что среди язычников были люди, стремившиеся к истинному Богу и обретавшие его благоволение. Ибо "неужели Бог есть Бог Иудеев только, а не и язычников? Конечно, и язычников" (Рим. 3:29), — утверждает апостол Павел. Поэтому и пришел Христос, чтобы помочь заблудшему человечеству увидеть в себе "образ и подобие Божие", подлинный масштаб истории и путь спасения от зла.
Именно из-за нашей свободы, из любви к нам, Бог не подавляет и сейчас нашу волю. Он ждет от нас самостоятельного выбора своего места в идущей битве (иначе в чем была бы наша собственная заслуга?). И человеческие души созданы такими, что даже гонитель христиан Савл способен был превратиться в апостола Павла. Нынешние языческие народы как бы живут еще в дохристианском мире: они не знают Истины христианства и не участвуют сознательно в человеческой истории. Но те народы и люди, которые уже имели Истину и отступили от нее, как правило превращаются в борцов против Истины, чтобы оправдать свое отступление.
Без всего этого непонятен и еврейский вопрос, таинственность которого пугает наших язычников. Евреи действительно "богоизбранный народ" — избранный для воплощения Сына Божия, ибо для этого нужно было кого-то избрать. Именно к этому готовили евреев пророки (множество мест Ветхого завета предсказывают явление Христа и евангельские события — вот чем эти книги священны для христиан, а не ветхой моралью дохристианских времен). И в своем лучшем меньшинстве (апостолы и первые христиане) евреи осуществили свое призвание — для всех людей, передав свое избранничество всему христианскому миру: "Если же вы Христовы, то вы семя Авраамово и по обетованию наследники" (Гал. 3: 29). Поэтому под именем «Израиль» в Священном Писании применительно к новозаветному периоду понимается уже Церковь, все христиане. (Напрасно поэтому языческие критики христианства негодуют: "почему Израилю обещано все, а другим ничего?.)
