— Где-то в Ист-Энде, по-моему. Я часто видел, что туда идут автобусы, а может, они шли в «Семь Сестер»? Сам я никогда там не был. И слава Богу. Я, знаешь ли, не думаю, что такие закоулки мне понравились бы. Но, как ни странно, я, по-моему, слышал это название в какой-то связи совсем недавно.
— Ты не знаешь такого — Джимми Тесиджи?
Но лорд Катерхем опять погрузился в каталог. Он уже сделал над собой усилие, чтобы вспомнить про «Семь Циферблатов», и больше никаких усилий ему делать не хотелось.
— Тесиджи? — пробормотал он с отсутствующим видом. — Тесиджи? Это что, один из йоркширских Тесиджи?
— Об этом я тебя и спрашиваю. Ну сосредоточься же, отец.
Лорд Катерхем делал отчаянные усилия, чтобы казаться заинтересованным, хотя думал совершенно о другом.
— Есть такие йоркширские Тесиджи, — сказал он серьезно. — И, если не ошибаюсь, есть еще и девонширские. Сестра твоей прабабки Селина вышла за одного Тесиджи.
— Мне-то от этого какой прок? — воскликнула Юла.
Лорд Катерхем хмыкнул:
— Если я правильно помню, ей от этого тоже проку было мало.
— Ты невозможен, — возмутилась Юла и встала. — Мне надо искать Билла.
— Ищи, дорогая, — рассеянно ответил ей отец и перевернул страницу. — Конечно. Во что бы то ни стало. Именно так.
Юла нетерпеливо вздохнула.
— Хорошо бы мне вспомнить, что там было, в этом письме, — пробормотала она скорее про себя, чем вслух. — Я так бегло его прочла. Про какую-то шутку. Ах да, что дело о «Семи Циферблатах» отнюдь не шутка.
Лорд Катерхем вдруг поднял голову от каталога.
— «Семь Циферблатов»? — повторил он. — Ну конечно. Теперь вспомнил.
— Вспомнил что?
— Почему это название мне знакомо. Заходил Джордж Ломакс. На этот раз Тредвелл дал промашку и впустил его. Ломакс заехал по пути в Лондон. Кажется, на следующей неделе он приглашает к себе в Аббатство своих друзей-политиков. И он получил предостерегающее письмо.
— Что ты имеешь в виду?
— Ну, я точно не знаю. Он не вдавался в подробности. По-моему, там было что-то вроде «Берегитесь» и «Ждите неприятностей» и тому подобное. Но прислали это письмо из «Семи Циферблатов», это я точно помню. И Ломакс собрался в город, в Скотланд-Ярд, чтобы посоветоваться. Ты же знаешь Джорджа.
Юла кивнула. Она хорошо знала Джорджа Ломакса — этого пекущегося о благе отечества политического деятеля. Бессменного заместителя министра иностранных дел Его Величества. От Джорджа все старались держаться подальше из-за его привычки вечно цитировать всем друзьям и знакомым свои публичные выступления. Глаза у него были навыкате, поэтому многие, в том числе и Билл Эверсли, именовали его не иначе как Карась.
— Скажи мне, — обратилась Юла к отцу, — а Карась расспрашивал о смерти Джерри Уэйда?
— Что-то я этого не помню. Но может, и расспрашивал.
Несколько минут Юла молчала. В ее голове шла усиленная работа — с одной стороны, она пыталась поточнее припомнить письмо Джерри Уэйда, с другой — представить себе девушку, которой оно было адресовано. Какая она, эта Лорейн Уэйд, к которой, судя по всему, Джерри был так привязан? Чем больше Юла об этом думала, тем больше ей казалось, что это письмо не похоже на обычное письмо брата к сестре.
— Ты, кажется, сказал, что эта Лорейн Уэйд — сводная сестра Джерри? — вдруг спросила она.
— Ну, понимаешь, если строго говорить, то вряд ли, то есть я имею в виду, что она ему вовсе не сестра.
— Однако ее фамилия Уэйд?
— На самом деле нет. Она не была дочерью старого Уэйда. Тот, как я тебе сказал, сбежал со своей второй женой, которая перед этим была замужем за сущим негодяем. По-моему, суд постановил оставить ребенка отцу, но мошенник от этой привилегии, естественно, увильнул. А старый Уэйд души не чаял в девочке и настоял, чтобы она носила его фамилию.
— Ясно, — сказала Юла. — Тогда все понятно.
— Что именно?
— То, что удивило меня в письме.
— По-моему, она довольно хорошенькая девица, — сказал лорд Катерхем. — Или мне говорили об этом.
В задумчивости Юла поднялась к себе в комнату. Мысленно она поставила перед собой несколько задач. Во-первых, найти этого Джимми Тесиджи. Тут, наверное, поможет Билл. Ронни Деверукс был другом Билла. Если Джимми Тесиджи был другом Ронни, то есть надежда, что и Билл его знает. Затем эта девушка Лорейн Уэйд. Может быть, она прольет какой-то свет на вопрос о «Семи Циферблатах». Очевидно, Джерри Уэйд рассказывал ей о них. А то, что в письме он убеждал ее забыть об их разговоре, наводит на подозрения.
Поймать Билла оказалось не очень трудно. На следующее утро Юла приехала в Лондон, на этот раз без всяких приключений. И позвонила ему. Билл с готовностью откликнулся и выдвинул несколько предложений — позавтракать вместе, выпить чаю, пообедать и потанцевать. Каждое из этих предложений Юла отвергала по мере их поступления.
— Вот через день-два я снова приеду, и уж тогда, Билл, мы с тобой гульнем. А сейчас я здесь по делу.
— По делу, — протянул Билл. — Вот скучища!
— Ну уж нет, — возразила Юла. — Что угодно, только не скучища. Слушай, Билл, а ты случайно не знаешь такого — Джимми Тесиджи?
— Еще бы! И ты знаешь.
