В пятницу вечером Юла прибыла в Вивернское Аббатство как раз к чаю. Джордж Ломакс вышел ей навстречу и рассыпался в весьма цветистых приветствиях.
— Дорогая Эйлин, — начал он, — не могу вам сказать, как я рад вас видеть! Простите, что не пригласил вас, когда приглашал вашего отца, но, по правде говоря, я и мечтать не смел, что прием такого рода может вас заинтересовать. Я был… э… удивлен и… э… обрадован, когда леди Катерхем рассказала мне, что вы интересуетесь… э… политикой.
— Мне так хотелось приехать, — просто и доверительно произнесла Юла.
— Миссис Макатта появится только с последним поездом, — объяснил Джордж. — Вчера вечером она выступала на митинге в Манчестере. А вы знаете Тесиджи? Совсем молодой, но на редкость хорошо разбирается во внешней политике. По его виду этого никак не заподозришь.
— Я знакома с мистером Тесиджи, — сказала Юла и без улыбки обменялась официальным рукопожатием с Джимми, который, как она заметила, расчесал волосы на прямой пробор, стремясь придать себе более серьезный вид.
— Слушай, — поспешно зашептал Джимми, когда Джордж на некоторое время отошел. — Не сердись, но я рассказал о нашем заговоре Биллу.
— Биллу? — недовольно переспросила Юла.
— Ну да, — ответил Джимми, — ведь, в конце концов, Билл — один из наших… Ронни был его другом и Джерри тоже.
— Да, я знаю, — отозвалась Юла.
— Но ты считаешь, зря? Сожалею.
— Нет, Билл, конечно, не подведет, не в этом дело, — сказала Юла. — Только он такой недотепа.
— То есть не отличается живостью ума, — подсказал Джимми. — Но ты забываешь о другом. У Билла мощные кулаки. А я предполагаю, что мощные кулаки нам очень пригодятся.
— Что ж, может, ты и прав. Как же Билл к этому отнесся?
— Ну, сперва он долго скреб затылок, потом… словом, все это не сразу улеглось у него в мозгу. Но я терпеливо, по слогам ему вдалбливал, пока он все не усвоил. И, естественно, он с нами, как говорится, до гробовой доски.
Внезапно возле них снова появился Джордж:
— Мне надо представить вам кое-кого, Эйлин. Это — сэр Стенли Дигби — леди Эйлин Брент. Мистер О’Рурк.
Министр авиации оказался кругленьким человеком с веселой улыбкой, мистер О’Рурк — высокий молодой человек со смеющимися голубыми глазами и типично ирландским лицом — с энтузиазмом приветствовал Юлу.
— А я-то боялся, что будет скучный политический прием, — ухитрился шепнуть он ей.
— Т-с-с-с, — ответила Юла. — Я и есть политик! Заядлый!
— Сэра Освальда и леди Кут вы знаете, — продолжал Джордж.
— Хотя мы никогда не встречались, — улыбнулась Юла.
Мысленно она поаплодировала умению отца столь точно изображать людей.
Сэр Освальд пожал ей руку своей железной дланью, и Юла слегка поморщилась.
Леди Кут, меланхолично поздоровавшись с Юлой, повернулась к Джимми, и на ее лице изобразилось нечто вроде удовольствия. Леди Кут питала нежность к этому славному, розовощекому юноше, несмотря на его достойную порицания привычку опаздывать к завтраку. Ее пленяло в нем непоколебимое добродушие. В леди Кут горело материнское желание излечить его от дурных привычек и превратить в достойного труженика на благо обществу. При этом она не задавалась вопросом, останется ли он таким же привлекательным, когда ее усилия увенчаются успехом. Сейчас она принялась рассказывать ему о тяжелой аварии, в которую попал один из ее друзей.
— Мистер Бейтмен, — сказал Джордж коротко, тоном человека, стремящегося переключиться на более приятные темы.
Юле поклонился серьезный и бледный молодой человек.
— А теперь, — продолжал Джордж, — я должен представить вас графине Радцки.
Графиня беседовала с мистером Бейтменом. Полулежа на диване, вызывающе закинув ногу на ногу, она курила сигарету в невероятно длинном, отделанном черепахой мундштуке.
Юла подумала, что, пожалуй, впервые видит такую красивую женщину. У графини были большие синие глаза, черные, как смоль, волосы, матовая кожа, слегка уплощенный славянский нос и стройная гибкая фигура. А столь ярко накрашенных губ в Вивернском Аббатстве, вероятно, еще не видели.
Графиня с интересом спросила:
— Это и есть миссис Макатта?
И когда Джордж ответил отрицательно и представил ей Юлу, графиня небрежно кивнула и вернулась к беседе с серьезным мистером Бейтменом.
Юла услышала, как Джимми прошептал ей в самое ухо:
— Шимп совершенно очарован прекрасной славянкой, — сказал он. — Трогательно, правда? Пошли, выпьем чаю.
Они снова оказались рядом с сэром Освальдом Кутом.
— Славное место ваша усадьба Чимниз, — заметил великий человек.
— Рада, что вам там понравилось, — кротко ответила Юла.
— Только нужно сменить все водопроводные трубы, — продолжал сэр Освальд. — Ну знаете, оснастить на современный лад.
И он обсасывал эту тему еще минуты две.
— Сейчас я снимаю замок герцога Олтонского. Договорились на три года. Пока не подыщу себе что-нибудь постоянное. Думаю, вашему отцу вряд ли удастся продать Чимниз, даже если он захочет.
Юла чуть не поперхнулась. Перед ней возникло кошмарное видение: Англия, где в бесчисленных, подобных Чимнизу, поместьях живут бесчисленные мистеры Куты и всюду, разумеется, новейшая водопроводная система на современный лад.
