Вот тут уже и во мне начал зарождаться страх. Джорджу врать нам смысла не было. Значит, он действительно это может. Выходит, с момента, как он узнал о нас, о Вольтури — мы были в его власти. Мы так привыкли, что даже среди бессмертных у нас давно нет достойных противников, что недооценили пришельца, случайно встретившего нас. А он в любой момент мог бы подчинить нас себе или уничтожить, если бы захотел… но не сделал ни того, ни другого. В это мгновение я кое-что поняла: он не жаждет власти и не жесток. Даже не смотря на то, что его вид, по его же словам, все время воевал. Этот вывод меня поразил. Для меня сила всегда была связана с властью и жестокостью. Суеверные односельчане, подстрекаемые религиозным фанатиком, могли сжечь мою семью на костре, обвинив непонятно в чём — и они это сделали. Аро мог казнить целый клан, чтобы заполучить талантливого вампира — и он это делал, причём не раз. Да и я сама постоянно пользовалась своим даром и положением любимицы владыки, мучая всех в своё удовольствие. А этот инопланетянин имеет силу, превышающую нашу, но не воспользовался этим. Просто пообщался с нами, а когда мы ему наскучили, ушёл.
Тут меня посетила ещё одна мысль. Ведь мы тоже не порабощали людей… Да, мы ими питаемся. Но ведь большинство из нас считает людей просто скучными созданиями, среди которых иногда встречаются интересные экземпляры. Что, если и мы для Джорджа представляем интерес исключительно в этом плане? Точнее, представляли — ведь он ушёл. Выходит, он вполне может просто рассмеяться мне в лицо, когда я расскажу ему о своих чувствах… Я на миг представила ситуацию, что в меня влюбился человек, и нашёл в себе смелость мне в этом признаться. Я бы поиздевалась над ним и съела. А теперь, фактически, на месте человека я. Джордж меня, конечно, не убьёт, но вряд ли ответит мне взаимностью… Да, к чёрту всё! Хватит изводить себя! Я уже решила, что сделаю это! Мне уже столетий неизвестности по горло хватило! А так я хотя бы точно буду знать, нужна ему моя любовь или нет! И сейчас вообще не время об этом думать!
Из раздумий меня вывела рука Алека, слегка сжавшая мою. Видимо, почувствовал моё состояние. Я взглядом поблагодарила его.
— И как же именно это происходит? — спросил взявший себя в руки ищейка, прервав затянувшуюся паузу.
— Я могу испускать из глаз потоки лазерного излучения, мощность которых возможно регулировать в широком диапазоне. От совершенно безвредных лучей, вроде лазерной указки, — из его глаз вырвались два тонких красных луча, которыми он провёл по стене туда-сюда, — или фонарика, — лучи превратились в два световых конуса, после он чего погасил их, — до таких, что почти мгновенно плавят любой металл или камень. Таким способом я убил когда-то первого встреченного мной вампира, который сразу напал на меня. Ваша кожа очень тверда… но она проплавилась меньше, чем за две секунды, после чего он просто вспыхнул и сгорел, — Джордж обвёл нас взглядом. — Ну, что скажете? Хватит этого, чтобы Аро изменил свои планы на меня?
— Знаешь, Джордж… — протянул Деметрий, — если тебе интересно моё мнение — ты, скорее всего, не сможешь до него достучаться. Он просто отдаст приказ напасть на тебя, не думая о последствиях. Аро с каждым годом становится всё более неадекватным и непредсказуемым, — Дем вздохнул. — Когда я, примерно тысячелетие назад, предложил свои услуги Вольтури, владыка был куда как адекватней. У него всё чаще случаются вспышки ярости, которые быстро проходят, но стоят, как правило, кому-то жизни. А из-за его дара все даже мыслей своих боятся. Раньше все больше опасались Кая — его крутой нрав всем известен… но сейчас, на фоне Аро, он даже довольно уравновешенным выглядит. Тот хоть ищет повод, чтобы казнить…
— Хм… — задумался Джордж, — а что, если я убью только Аро? Как отреагирует остальной клан, если я пообещаю никого больше не трогать?
— Трудно что-то сказать об этом наверняка, — начал Дем. — Но, думаю, мало кому нравится жить под началом психа, — ищейка немного подумал. — На счёт соправителей: Марку наверняка будет всё равно — ему на всё плевать после смерти жены, а вот Кай, как мне кажется, видит, что его брат уже не тот, что прежде. Но он с Аро очень долго, практически с самого начала, и вряд ли легко воспримет его смерть — они неспроста называют друг друга братьями, — Деметрий пристально посмотрел на Джорджа. — А какая тебе, собственно, разница, если ты способен уничтожить весь клан? — меня, кстати, тоже интересует этот вопрос…
