Касательно Сирила Пинкертона. Я еще раз допросил его сегодня относительно его передвижений в лесу после первого выстрела и не удовлетворен полученными ответами. На мой взгляд, он не в состоянии объяснить, отчего провел там так много времени. Когда я начал дотошно расспрашивать, с какой стороны донесся второй выстрел (в тот момент он находился в лесу один – см. мой отчет от восьмого числа), ответы его были путаными и нечеткими. Я получил некоторую дополнительную информацию относительно его ссоры с покойным, каковую информацию прилагаю к этому отчету. Учитывая характер мистера Пинкертона и то, какое высокое мнение о собственной значимости он, по всей видимости, питает, инцидента со швырянием его в бассейн (см. мой отчет за вчера) уже самого по себе хватило бы в качестве весомого мотива, чтобы мистер Пинкертон возжелал крайних мер. Вдобавок к этому они с покойным соперничали из-за мисс Эльзы Верити. Буду рад услышать, согласны ли вы с моими выводами на сей счет и нет ли у вас каких-либо еще предположений. На мой взгляд, пока у нас нет достаточных оснований задерживать мистера Пинкертона в интересах следствия, но я надеюсь в самом скором времени получить новые доказательства.
Тем временем должен уведомить вас о неком примечательном обстоятельстве. Сержант Берри, которому я поручил держать мистера Пинкертона под наблюдением, вчера вечером около одиннадцати часов, вскоре после наступления темноты, проследил его до так называемого «поля на пустыре» – участка земли на крутом склоне холма примерно в четверти мили к юго-востоку от дома. Поле это, размером около двух акров, поросло папоротником, утесником и ежевикой, а потому непригодно для выпаса скота и почти не используется. Сержант Берри, не замеченный мистером Пинкертоном, видел, как тот тайно зарывает что-то под кустом утесника. Выждав, чтобы мистер Пинкертон вернулся в дом, сержант Берри достал спрятанный предмет. Это оказалась плоская металлическая водонепроницаемая коробка с несколькими листками густо исписанной бумаги. Сержант Берри уведомил меня о своей находке, и сегодня в 4.30 утра я отрядил констебля, знающего скоропись, снять копию с рукописи. Теперь у меня имеются два отпечатанных на машинке экземпляра, один из которых я прилагаю к своему отчету. В рукописи излагаются события, предшествовавшие смерти покойного, и она уже премного помогла мне, пролив новый свет на некоторые обстоятельства, до сей поры представлявшиеся неясными. Я, разумеется, тщательно проверю все упоминаемые там факты – а многие уже и проверил: до сих пор они оказывались вполне верными. Как видно из рукописи, мистер Пинкертон декларирует намерение продолжать записи, а соответственно, я продолжу день ото дня снимать копии со всех дополнений и прилагать их к своим рапортам. Я сделал выговор сержанту Берри за небрежность, в результате которой мистер Пинкертон заметил, что его вещи подверглись обыску.
Я не разрешил никому из лиц, в настоящее время находящихся в Минтон-Дипс-Фарм, покидать окрестности. Надеюсь, вы согласитесь с этим решением.
Остается сообщить лишь еще одно. Было замечено, что мистер Пинкертон провел сегодня утром некоторое время за телефонными переговорами. Сержанту Берри удалось услышать, что он старается выяснить адрес некоего Р. Шерингэма, эсквайра. Почтовое отделение в Будфорде добыло для него этот адрес из лондонского телефонного справочника, после чего мистер Пинкертон немедленно отправил следующую телеграмму:
«Шерингэму, Олбани, Лондон. Пожалуйста, если можешь, приезжай в Минтон-Дипс-Фарм, Будфорд, Девон, в связи с делом Скотта-Дэвиса. Нахожусь в крайне затруднительном положении. Мы вместе учились в Фернхесте.
Сирил Пинкертон».
Из Будфорда мистеру Пинкертону была передана ответная телеграмма за подписью «Шерингэм», уведомляющая, что отправитель прибудет сегодня вечером. Нет никаких сомнений, что это тот самый мистер Роджер Шерингэм, которого Скотленд-Ярд уже несколько раз привлекал для помощи в расследованиях. Я встречусь с ним завтра и поинтересуюсь, так ли обстоят дела и в нынешнем случае. Буду рад получить ваши указания, как мне обращаться с мистером Шерингэмом и считать ли его помощником или же скорее помехой.
Я по-прежнему уверен, что нам вовсе не обязательно просить подмоги от Скотленд-Ярда для решения этого дела, и надеюсь окончательно разобраться с ним за несколько дней.
Имею честь оставаться вашим покорным слугой,
Суперинтендант Джеймс Хэнкок.
Приложения:
1 докладная записка;
1 копия рукописи Сирила Пинкертона, эсквайра.
Я часто думал, не написать ли детективный роман.
