Коварно ухмыльнувшись, молодой человек прошел в комнату и положил большую коробку на кровать. Уже через минуту он обошел ширму и произнес:
— Дарёна, я принес тебе платье на именины.
Девушка стояла к нему спиной, в одной длинной полупрозрачной нижней юбке, через которую отчетливо просвечивали ее ножки в кружевных белых чулках. На Даше еще была тонкая полупрозрачная рубашечка на тонких бретельках и светлый корсет, который она пыталась подтянуть, заведя руки за спину и натягивая шелковые веревки.
— Ох! — Даша от испуга резко повернулась на его голос и испуганно уставилась на высокую фигуру Ильи в шоколадном шелковом камзоле и белоснежной рубашке. Как и обычно, на его сильных ногах красовались короткие мягкие сапоги из коричневой кожи и шоколадного цвета штаны.
— Неужели напугал? — улыбнулся он и, сделав три шага к девушке, проворно придержал ее сильной рукой за талию, чтобы она не ускользнула от него. Даша тут же начала скидывать со своего стана его руку, пытаясь отстраниться, и выпалила:
— Я не одета, нежели вы не видите?
— Вижу, горлинка, — проворковал молодой человек над нею.
Его вторая ладонь легла на ее талию, и он чуть притянул девушку к себе. Она была с распущенными длинными волосами, которые доставали до ягодиц и переливались в утреннем свете. Горящий взор Ильи отметил ее полные упругие грудки, которые, натягивая тонкую ткань сорочки, практически не скрывали своей совершенной притягательной формы и выступали над краем ткани почти наполовину. Заметив его недвусмысленный, темный взгляд, которым он, совершенно не стесняясь, ласкал ее выпуклости, Даша сильнее дернулась из его рук и впилась своими коготками в его запястья.
— Отпустите, Илья Григорьевич! — приказала она нервно.
Ее гневный прекрасный взор лишь сильнее распалил воображение молодого человека. Он широко, призывно улыбнулся ей и хрипло, игриво спросил:
— А если не отпущу?
— Я закричу, — произнесла с угрозой она, испепеляя его недовольным взглядом синих глаз.
— Да неужели, — ехидно заметил Илья и, чуть придвинув девушку к своей груди, темным поглощающим взором впился в ее блестящие глаза. Вмиг став серьезным, он глухо сказал: — Я мириться пришел. Или ты так и хочешь сидеть наказанная под замком?
Поджав от досады губы, она перестала вырываться и убрала ноготки от его ладоней.
— Конечно же, не хочу, — ответила она так же тихо, смотря в его аквамариновые глаза с темными ресницами. Взгляд молодого человека потеплел и стал завораживать.
— Вот и чудесно, — пропел он ласково, с силой удерживая руками девушку рядом с собой. — Я тебе платье на именины принес, которое вчера у мадам Фурже заказал. Оно должно тебе понравиться. Остальные наряды позже поднимут.
— Спасибо, — вымолвила он и, более не в силах выдерживать силу и мощь его горящего взора, опустила глаза.
Молодой человек быстро развернул девушку, как куклу, к себе спиной и предложил:
— Могу помочь тебе с тесемками. Я умею, — он проворно схватился за шелковые ленты на ее корсете и ловкими умелыми движениями начал натягивать их сверху, перемещаясь вниз.
Даша убрала волосы вперед, чтобы они не мешали ему. Замерев, она послушно стояла, ощущая себя словно в каком-то дурном сне. То, что Илья затягивал ей корсет, было для девушки не просто ненормальным, а шокирующим и диким. Но она, как и обычно, боялась сказать что-либо против. Однако пока Теплов ничего гадкого не позволял себе, не считая его горящих раздевающих взоров, которые он даже не пытался скрыть. Стараясь не обращать внимания на двусмысленность ситуации, стоя перед ним полуобнаженной, она невольно чувствовала, что его сильные пальцы действительно умело затягивают тесемки корсета, и лишь нервно считала каждое мгновение, надеясь, что вот-вот все это закончится. Молодой человек сказал, что хочет примириться, и Даша понимала, что ради этого стоит немного потерпеть его компанию.
Он уже почти закончил, когда спросил:
— Не туго?
— Нет, как раз впору, — ответила она.
— Ты так и не надумала поехать в Петергоф?
Даша тут же напряглась, понимая, что Илья имел в виду поездку именно с ним. Ответ, который закрутился на ее языке, о том, что она хочет туда поехать только с Михайловым, показался девушке до того вызывающим и опасным в данной ситуации, что она тихо пролепетала:
— Нет, я уже не хочу.
— Все, — заявил он и завязал на конце тугой бант. Даша уже хотела отойти от него и наконец выскользнуть из-за этой невыносимой душной ширмы, где молодой человек находился всего в шаге от нее. Но его руки мгновенно обвили ее стан. Илья властно припечатал девушку спиной к своей широкой груди и глухо произнес над ней. — Поехали, Дарёна. Дела я все уже закончил. Прокатимся, погода стоит солнечная и тихо. Ты же хотела на иллюзионистов посмотреть…
— Я же сказала, не хочу, — недовольно ответила она, видя, как правая рука молодого человека начала настойчиво и дерзко гладить верх ее живота, затянутый в корсет.
