– Мистер Кэрингтон. Директор театра «Лицеум» в Террибе, – произнесла я, уже не надеясь на удачу.
– Талантливый певец. Мог блистать на столичной сцене, а уехал за женой в маленький городок. Вы приняты в труппу, но… Пока в массовку, – ошарашил меня мистер Бруно.
– Спасибо, – мне не верилось и, кажется, на мгновение я даже забыла, как дышать.– У вас чарующий голос, миссис Торгест. Но он как неограненный алмаз, над ним надо еще работать и работать, чтобы привести его к совершенству. Готовы вы к нелегким будням? С вами я буду заниматься лично, а мое время дорого стоит, – сказал мистер Бруно.
– Готова! – воскликнула я.
…Свет ослепил глаза, но я ощущала присутствие Мэтью в зале так ясно, словно волк стоял со мной рядом. Как тогда… В лесу, когда он спас мне жизнь, делясь со мной силой оборотня. Я словно скинула оковы, которые держали меня, когда бежала за серым волком, за своим вожаком. След в след. Бурая волчица стала новым членом клана оборотней. То, что произошло тогда, навсегда врезалось в мою память.
Магия звала меня за собой. Я летела, словно бабочка над серым волком, который бережно держал мое тело. Мэтью! Я подлетела к нему. Начала звать. Но волк не слышал мой крик, а темнота обступала со всех сторон. Нет, она не пугала, наоборот, дарила странную радость. Здесь все было странным. Даже мой полет, а еще аромат… насыщенный, незнакомый. Свет звал меня. В груди пылал пожар, и я торопливо взмахнула крыльями. Полетела за ветром к солнцу. Вырвалась из тьмы и закричала от радости, пытаясь осознать себя. Кто я? Где я? Тьма расплывалась, уходила туманом вниз. Солнце пугало. Слишком оно было ярким и горячим, и в то же время притягивало к себе. Я потянулась к нему, уже не пугаясь обжигающей ласки, а жмурилась от удовольствия. Слишком хорошо. Даже слишком. И бабочки. Много. Порхали, задевая меня крыльями, будто манили за собой.
– Летим с нами, туда: к солнцу, к небу.
И я улыбнулась. Взмахнула крыльями, еще и еще, чтобы быть ближе к солнцу.
– Шато, – слабо прошептал волк. – Без тебя… мне незачем жить.
Я остановилась. Воспоминания картинками проносились перед глазами: вот мы с оборотнем в театре, вот вместе готовим ужин, вот волк целует меня так жарко, что я забываюсь в его руках. Оборотень так смотрит на меня… Словно я какая-то драгоценность: хрупкая и дорогая.
– Мэтью!
И я бросилась вниз, а мои крылья сгорели в полете. На мгновенимгновение перед глазами вспыхнул свет и погас. Я открыла глаза и встретила взгляд ошарашенного Мэтью. Слова были не нужны. Порой они лишние и только мешают. Мой волк… плакал. Одинокая слеза скатилась по щеке.
– Я думал, что потерял тебя. Шато. Больше ты никогда от меня не сбежишь. Привяжу тебя к себе. Слышишь? – угрожающе зарычал Мэтью, пугая. Но глаза выдавали его страх, и я улыбнулась.
– Разве я могу уйти от того, кому отдала свое сердце? Я люблю тебя, Мэтью, – призналась я, пряча лицо на груди оборотня.
– Почему же снова сбежала? – спросил он, крепче прижимая к себе.
– Думала, что недостойна…
– Глупость! – сердито воскликнул оборотень. – Я и сам не ангел, чтобы осуждать. Мне нужна именно ты. Бандитка или певица. Для меня неважно. Лишь бы это была ты.
– Наверно… Ты тоже… любишь меня? – смутилась я, поглядывая на оборотня.
– Не наверно, а точно, – рыкнул Мэтью. Он поцеловал так крепко, чтобы я больше не сомневалась.
…Мой голос полетел над залом. В этот момент я отдавала зрителям всю себя. Я забывала о том, как нужно петь, звук сам напевно лился. Меня окружало ощущение легкости, свободы и в то же время силы… Наши взгляды с Мэтью встретились. И до конца моего выступления мы продолжали смотреть друг на друга…
