— Ясно, — кивнул Холмс, — его из списка подозреваемых можно исключить.
— Это ещё почему? — удивился я.
— На мой взгляд, это элементарно, Уотсон. Он недостаточно высокого роста. Он едва дотягивает до метра семидесяти пяти, а убийца, согласно описанию мисс Райт, как минимум не ниже меня.
— Ах да. Я как-то совсем забыл об этой детали.
— Самый высокий мужчина из твоего списка стоит вон там, у окна, — промолвил Майкрофт. — Это ещё один атташе. Его зовут Рамон Маргалло.
Рамон действительно не уступал Холмсу ростом да и во всём остальном идеально подходил под описание Молли. Холмс несколько минут внимательно смотрел на дипломата, который потягивал шампанское и о чём-то оживлённо беседовал с гостями. Когда же испанец двинулся от них прочь, Холмс со вздохом повернулся ко мне и промолвил:
— Пожалуй, сеньор Маргалло нам тоже не подходит.
— Но почему? — изумился я. — Он же идеально подходит под описание.
— Обратите внимание, Уотсон, на то, как он ставит ногу, — пояснил Холмс. — Видите, она у него не гнётся. Принимая во внимание его службу в армии, я бы предположил, что у него протез. Это исключает его из списка подозреваемых. Согласно описанию, убийца нависал над жертвой, стоя на кровати на коленях.
— Ну да, Холмс, вы как всегда правы.
Через некоторое время мы увидели, как по лестнице спустился в зал изысканно одетый господин, которого почтительно поприветствовали все присутствующие.
— Дон Педро Гарсия Манрике, — прошептал Майкрофт. — Посол Испании при Сент-Джеймсском дворе.[18] Весьма уважаемый и проницательный государственный муж.
Посол был худ и казался угловатым. Его отличали точёные черты лица и орлиный нос. Длинные седые волосы дон Педро носил зачёсанными назад, так что они открывали его высокий лоб. Подбородок украшала козлиная бородка — седая, как и шевелюра. Именно так я представлял в своём воображении героя романа Сервантеса — Дон Кихота Ламанчского.
— Я попытаюсь вас познакомить, — промолвил Майкрофт.
И на этот раз брату Холмса сопутствовал успех. Буквально через минуту мы уже стояли перед послом.
— Дон Педро, — произнёс Майкрофт, — позвольте вам представить моего младшего брата Шерлока и его друга и коллегу доктора Уотсона, некогда служившего в Британской армии.
Мы обменялись рукопожатиями.
— Энкантадо, дон Педро, — промолвил мой друг.
— Вы говорите на кастельяно, мистер Холмс? — улыбнулся посол.
— Ун поко, надамасс (немного, не более того), — покачал головой он. — Впрочем, я дал себе зарок когда-нибудь выучить ваш волшебный язык. Как только позволит время, я немедленно сяду за учебники.
— Чем же вы сейчас так заняты, мистер Холмс?
— Мой брат страдает излишней скромностью. Он никогда не признается, что является одним из самых выдающихся криминалистов во всём мире, — усмехнулся Майкрофт.
— Ах да, — дон Педро изогнул брови, — Шерлок Холмс. Как же я сразу не догадался! Разумеется, я наслышан о вас и ваших дедуктивных способностях. Начальник полиции Томпсон крайне лестно отзывался о вас.
— Вы слишком высокого мнения о моей персоне, — коротко поклонился Холмс.
Майкрофт, извинившись, откланялся и отправился беседовать с вице-регентом, оставив нас с Холмсом лицом к лицу с послом. В этот самый момент к послу подошёл учтивый, изысканно одетый господин и вполголоса что-то начал торопливо втолковывать дону Педро на испанском.
— Прошу прощения, джентльмены, — поднял на нас взгляд посол, — вынужден вас покинуть. Неотложные дела. Я оставляю вас в обществе моего заместителя капитана Хосе Фелипе Родригеса.
Мы представились друг другу, и дон Педро ушёл. Капитан Родригес одарил нас делано небрежной улыбкой, продемонстрировав белоснежные зубы. От моего внимания не ускользнул тот факт, что, несмотря на улыбку, глаза его оставались холодными и расчётливыми. Капитан был высок и прекрасно сложен, а от напомаженных, чёрных как смоль волос исходил приятных запах. Я нисколько не сомневался, что у Родригеса не было отбоя от женщин.
— Джентльмены, ваши бокалы почти пусты. Позвольте это исправить. — Капитан повелительным жестом подозвал официанта.
— Так значит, вы служили в армии, как и доктор Уотсон? — светским тоном промолвил Холмс. — В каком пехотном полку?
— Не в пехотном, а в кавалерийском. Нечто вроде вашего Королевского гусарского полка.
— Ну да, конечно. А после отставки пошли на дипломатическую службу — я вас правильно понимаю?
— У нас, в Испании, достаточно часто выбирают дипломатов из рядов отличившихся офицеров, — ответил Родригес, видимо позабыв о скромности.
— В таком случае странно, отчего вы не надели воинских наград. Они ведь, несомненно, у вас есть? — с обезоруживающей откровенностью поинтересовался Холмс.
— Разумеется. Просто их куда-то убрали слуги.
— Скажите, а у вас есть орден за военные заслуги?
— Есть. — Испанец внимательно посмотрел на Холмса. — А чем вызван ваш вопрос?
— Я увлекаюсь военным делом, — пожал плечами Холмс. — Одно из моих многочисленных хобби.
— А вы сами служили?
— Нет, — покачал головой Холмс.
