– Вовсе нет! – вскричала Мэри-Джейн, сделав глубокий и безупречный реверанс. – Мы устали от вышивания и рады небольшому развлечению.
– Редко кто считает визит полисмена развлечением, – хохотнул констебль.
Откровенно говоря, ни Китти, ни остальные девочки не бросились Мэри-Джейн на выручку. Китти один лишь вид полицейского поверг в ужас. Она не могла подыскать ни одного удовлетворительного объяснения (зато как минимум две веские причины) его появлению. Однако Мэри-Джейн пришла в такой восторг, что эти мысли её вовсе не беспокоили.
– Разрешите представиться – констебль Квилл, – отрекомендовался гость. – Я пришёл задать несколько вопросов хозяйке дома… – Он сверился с карточкой, что держал в руке. – Миссис Констанс Плакетт. Можно с ней поговорить?
– Присаживайтесь, пожалуйста, – промурлыкала Беспутная Мэри-Джейн. – Позвольте ваш головной убор?
– Ну что вы, – улыбнулся констебль Квилл, – не утруждайтесь. Нам запрещено их снимать.
Невозмутимая Китти понимала, что надо остановить подругу, пока разговор не привёл к провалу. Мэри-Джейн, любуясь на мужественные плечи и новенькую форму, способна выболтать любой секрет.
– Миссис Плакетт нет дома. – Китти встала и протянула констеблю руку. – Меня зовут Кэтрин, я среди девочек старшая.
И тут же буквально ощутила, как шесть пар глаз мечут в неё кинжалы. Среди пансионерок не было никакой иерархии. Китти знала: позже, оказавшись с подругами наедине, она заплатит, что важничала при госте.
«У меня есть причины», – твердила она себе.
– Могу я чем-то помочь, пока её нет?
– Или я! – вставила Мэри-Джейн.
Невозмутимой Китти захотелось как следует оттаскать свою соседку по комнате за густую гриву, но она сдержалась.
– Возможно, да, – согласился Квилл. – Вы случайно не знаете, не гостил ли здесь в прошлое воскресенье брат миссис Плакетт, Олдос Годдинг?
На сей раз Мэри-Джейн не стала спешить с ответом.
– Он побывал здесь, – спокойно прокомментировала Китти. – Мистер Годдинг приходит на обед каждое воскресенье.
Констебль Квилл выудил из кармана маленький блокнот и начал там что-то строчить.
– И покинул вас как обычно, в обычное время?
Как жаль, что слова про старшую уже не возьмёшь назад. События нарастали как снежный ком. Китти вспомнила о тёзке, тётушке Катерине. Уж она-то не испугалась бы какого-то молокососа-бобби[3], только что отпустившего бакенбарды, даже если зарыла бы в саду дюжину трупов!
– Простите, констебль, могу я узнать, к чему вы ведёте?
Констебль обезоруживающе улыбнулся и опустил блокнот.
– Конечно. Миссис Лалли из Уитчфорда сдаёт внаём комнаты. Мистер Годдинг – её жилец. Она приехала в Или по делам, а заодно зашла в полицейский участок справиться о местопребывании мистера Годдинга. Последние две ночи его не было дома, и миссис Лалли заволновалась. Уходя, он не сообщил ничего такого, что дало бы основания полагать, будто он не вернётся.
Крепышка Элис наблюдала за разворачивающимся спектаклем.
«Ты справишься, Китти», – повторяла она про себя, надеясь каким-то образом передать свою уверенность подруге.
Беспутная Мэри-Джейн радовалась, что отвечать пришлось не ей, и всё же немного ревновала, поскольку не она, а Китти захватила внимание полисмена.
– Это легко объяснить, констебль, – заявила Китти, силой принуждая себя не тараторить. Всё не так уж плохо! Но почему она никогда не задумывалась, где обитает мистер Годдинг? Ведь кто-то должен был заметить его отсутствие. Экая глупость вышла. – Как раз во время воскресного обеда миссис Плакетт и мистер Годдинг получили тревожные известия из Индии о своём юном племяннике. Его здоровье под угрозой. Мистер Годдинг незамедлительно отбыл в Лондон, чтобы сесть там на корабль в Индию.
Констебль вновь принялся строчить в блокноте.
– Вот видите, всегда есть разумное объяснение! Я так и сказал миссис Лалли, что её волнения напрасны. Не намеревался ли он заехать домой и собрать вещи, прежде чем отправиться в путешествие? – улыбнулся констебль Квилл.
Китти начала ненавидеть щербинку между его передними зубами, так очаровавшую Мэри-Джейн.
– Я не в курсе подробностей его планов. Знаю лишь, что он покинул пансион без промедления.
– Разумеется. – Квилл захлопнул блокнот. – Было приятно познакомиться, юные леди. Надеюсь, ещё встретимся.
Он кивнул барышням, а в первую очередь Мэри-Джейн. Та наградила его обольстительной улыбкой.
Констебль уже повернулся уходить, но задержался у двери.
– Совсем забыл! Миссис Лалли просила справиться, появится ли он в скором времени или ей следует собрать его вещи? Насколько я понимаю, мистер Годдинг и без того ей задолжал, так что она не хотела бы оставлять за ним комнату, если его отсутствие затянется. – Вдруг лицо полисмена омрачило лёгкое беспокойство. – Простите, мне следует обсудить это с вашей директрисой, когда она вернётся. А, кстати, когда она вернётся?
Китти развеяла его тревоги.
– Могу смело заявить вам от имени миссис Плакетт: в этом доме достаточно комнат, чтобы сколько угодно хранить личные вещи мистера Годдинга. Пусть миссис Лалли присылает их прямо сюда.
– Превосходно. Разрешите попросить об одолжении?
