— Но вы же меня совсем не знаете, — наконец неуверенно ответила девушка.
— Лена, мне кажется, что я знаю вас не одну тысячу лет.
— Ещё до нашей эры? — засмеялась девушка.
— Да, — почти серьёзно ответил Антыхин.
— Но вы же больны, — ещё слабо сопротивлялась она.
— Моё здоровье как никогда крепкое, Лена.
— Хорошо. Что бы убедиться в этом я встречусь с вами.
«Ах, как она умно сказала «да», — восхищённо подумал Антыхин.
Его не оставляло ощущение, что он действительно знает её много лет.
Часто оставив общество Савлия и Токсариса, вечерами, когда дневной зной сменялся приятной прохладой, Анахарсис любил бродить по Афинам вместе с Еленой. Не спеша, проходили они мимо небольших домов притаившихся в тени огромных олиф, поднимались на вершины холмов, где стояли вечные, как будто готовые взлететь в небо храмы, посвящённые Богам Эллады. Всё чаще их путь пролегал к храму Афродиты — Богини любви. На мраморной площадке окруженной колоннами, у ног статуи Афродиты, Елена казалась младшей сестрой Богини, так она была хороша. Анахарсис чувствовал, что всё больше увлекается этой необыкновенной девушкой, но ничего не мог поделать с собой. Представить свою жизнь без неё он уже не мог. Как-то, когда заметно стемнело, Елене вдруг захотелось прокатиться на колеснице по узкому песчаному берегу вдоль моря. Более сумасбродной идеи нельзя было придумать, но Анахарсис, готовый выполнить любой каприз девушки, молча впрыгнул в колесницу.
Елена сама управляла лошадьми. Анахарсис стоял за её спиной, волосы девушки под напором ветра развивались маленькими змейками и своими острыми концами впивались ему в лицо, но он не отворачивался, а с наслаждением ловил губами золотистые волосы. Девичий хитон развевался, как парус, обнажая её крепкие стройные ноги. Запах юной женской плоти, смешанный с запахом розового масла, будил в Анахарсисе желание. Он едва сдерживал себя, чтобы не схватить в объятия девушку. Вдруг Елена резко осадила лошадей. Колесница упала набок, и они покатились в мягкий песок. Анахарсис, как и положено скифу, ловко перевернулся и вскочил на ноги. Елена лежала с закрытыми глазами, широко разбросав руки и ноги, её чудесные золотые волосы полоскали набегающие на берег волны.
— Елена! — в ужасе едва выговорил Анахарсис.
Он положил ладонь на её грудь и с радостью ощутил учащённое сердцебиение. Внезапно руки и ноги Елены оплели его тело.
— Я люблю тебя, варвар! — страстно прошептала она. — Я люблю твою бороду и странные кожаные одежды. Я люблю твои крепкие мышцы и острый ум! Я люблю тебя всего, всего!..
Анахарсис жадно припал ртом, как припадает уставший путник к чистому роднику, к маленьким немного капризным губам Елены…
Ложем их был песчаный берег, музыкой — шум моря, а покрывалом — огромное небо Эллады.
Несмотря на вечер, в кафе было малолюдно. Не так часто жители Верхнегорска могли себе позволить посещать дорогие точки общепита. Антыхин уже сидел за столиком, когда в кафе вошла Лена. Одета она была в строгий, без претензий, костюм; волосы, на манер древнегреческих статуй, были собраны в пучок на затылке. И ещё что-то неуловимо новое просматривалось в её облике. Антыхин подбежал к ней и проводил к столику. В мягком падающем с потолка свете, на лице девушки был заметен лёгкий макияж. Вот отчего ещё выразительнее стали её немного капризные губы, ещё ярче тёмно-синие глаза.
«Да она же красавица», — вдруг понял Антыхин.
Лена заметила восхищение в его взгляде, на щеках её проступил лёгкий румянец.
Антыхин подал девушке меню:
— Заказывайте, Елена прекрасная.
— Мы же договорились, Владимир Олегович, я для вас просто Лена, — смутилась девушка.
— А я тогда просто Володя. Называя меня по отчеству, вы напоминаете мне о моём критическом возрасте.
— Хорошо. Пусть будет Володя, — всё ещё смущаясь, согласилась она.
Их разговор прервал официант, который с раздражающей любезностью спросил:
— Что будем пить, чем желаете закусывать?
Лена окончательно смешалась. Как видно она была редким гостем подобных заведений.
— Позвольте, я закажу, — пришёл на помощь Антыхин. — Пожалуйста, бутылку красного вина — хорошо бы каберне, фирменный десерт, кофе…
Пока Антыхин заказывал, он не заметил, как за соседний столик подсел высокий молодой человек спортивного телосложения, с короткой солдатской стрижкой. Большие, но глубоко посаженные глаза настороженно смотрели на Антыхина. Официант, приняв заказ у Антыхина, подошёл к молодому человеку. Тот что-то шепнул ему на ухо и через минуту на его столике стоял высокий бокал пива. Но к пиву посетитель почти не притрагивался, он то рассеянно смотрел вокруг, то поглядывал на Антыхина.
Лена и Антыхин были поглощены разговором и совсем не обращали внимания на молодого человека.
