– Хрень какую-то несешь, – сказал Русаков, обидевшись.– Там золото…. Как мне сказал дед этой Керстин, там золотые монеты…. Много золотых монет….
– По твоим глазам вижу, что ты лишил Керстин девственности, или она тебя, – пошутил Демидов.– А за это, она тебе подсунула дезу, чтобы ты теперь перед ней на цырлах прыгал, а потом женился, и увез её в Союз.
– А, я ей верю! И фрицу этому верю…. сказал Русаков, обидевшись.– Я обещал, что поделюсь с Керстин этими сокровищами, если найду. Тогда он показал мне на карте то место. Этот старый камрад, взял с меня слово, что мы разделим сокровища. –Ты Санчело, наивный, как чукотский юноша, и веришь в эту паранойю. Откуда у этого старого немецкого пердуна, такие бабки? Он что, арабский шейх, или внук Наполеона, похитивший золотую карету российского императора?
– Нет, он мне вчера рассказал, что эти деньги, где–то были награблены, во время войны. Когда немцев поперли, то они якобы их спрятали для каких-то коварных целей в нашем тылу. Канарис, по его словам, хотел обеспечивать этими деньгами диверсионную агентуру, в нашем тылу после войны. Продуманные же были –суки! –А чего он сам не достал? Он что–то взбрендил, этот твой фриц? Ты его не спросил, может его, во время войны контузило, и он что–то напутал, – сказал Демидов с долей скепсиса. –Я, всю ночь, просидел над этой картой, в раздумьях, и ни как не могу прийти к мысли, что это может быть подвох…. Вот смотри, какие –то крестики, циферки на полях – это что разве не координаты?
Виталий расстелил карту на земле, и с интересом, стал внимательно изучать её, заставляя себя «поверить» в бурные фантазии Русакова.
– Ты смотри, карта напечатана на шелковой тряпке, можно просунуть в иголочное ушко – я такую впервые вижу! – удивленно сказал Виталий, внимательно всматриваясь в значки.
– Это, наверное, братец, координаты по азимуту, –с умным видом сказал он. –Ну и что мы будем с этим азимутом делать? –А ничего! Будем и дальше гулять, с камрадками, а этот бред оставим на потом? Может, он еще, про какие–то подробности поведает! Ты же сейчас, не поедешь в Союз, чтобы копаться, где–то в болотах и дремучих лесах. Вон глянь – тут, отмечено шесть мест. –Фриц этот еще говорил, про какое–то кладбище в районе Сычевки. Или в самой Сычевке, или где-то рядом. У этого деда рак последней стадии, ему терять нечего…. Не будет же он врать?! Я печенкой чую, что фриц точно знает про эти сокровища и говорит правду.
– Ты Санек, глянь – нет здесь никакого кладбища! По крайней мере, я его не вижу, что оно отмечено. Если мы будем заниматься этим делом, и ничего не найдем, то оно точно появится. Я сам его похороню, если это бред недобитого фашиста…. В Сычевке быстрее можно найти кладбище французам. Там гарнизон в восемьсот двенадцатом Денис Давыдов пустил под сабли! Мало, кто тогда из жабоедов в живых остался.
– А, это…. Глянь вот крестик в кружке, может это там? –Дурак, что не видишь – это какое-то болото, –вот это, наверное, и есть место, где собака порылась. –Во –во, про болото, старик мне говорил….
– Что говорил – спросил Демидов.
– Говорил, чтоб на том болоте нам делать нечего! Там кругом все заминировано!
– Ай, ну её…. К черту, эту твою карту…. Почти пятьдесят лет прошло, там уже колхозники, всё разрыли. Ты лучше мне скажи, что у тебя с Керстин…. Что ты себе планируешь?
– У меня, с ней все оккей, – сказал Русаков.– Я даже представить себе не мог, что я у неё первый мужчина.
– Гонишь?
– Да век мне секса не видать! Она до меня, ни с кем еще не была, – сказал Русаков…. – Я дурак думал, что у неё парней, как у ёжика иголок. А вот и нет!
– Что девка…. ?
– Ага!…. Я у неё первый…. Вот так вот, – выпячивая грудь, сказал Сашка. Демидов засмеялся, и стал давиться от смеха.
– Так значит, говоришь, тебе девочка досталась?! Девочка – это хорошо…. Не каждому мужику так фартит быть в этом деле первопроходцем, – сказал Виталий…. –Целомудренность, мать её – дело хорошее…. Ты Санчело, меня насмешил от души…. Встречался с девчонкой почти полгода, а только сейчас додумался до того, что девушке твоей ласка нужна. Девка без секса, как рыба без воды, – сказал Виталий, и закурил….
– Ну, так, что делать будем? – спросил Русаков закуривая.
– Не знаю…. Думать сейчас не хочется…. Может, в Потсдам прокатимся? Сосисок с пивом поедим….
– Что хочешь себе присмотреть камеру в седьмом городке? – спросил Виталий, ерничая.
Русаков, спрятав в карман карту, прикурил. После недолгой паузы, спросил:
– А это еще, что за городок такой? Седьмой?
– Что разве не слышал, про седьмой специальный закрытый городок управления КГБ СССР по Западной Группе Войск? Ну, ты братела даешь!!! Вот когда «Молчи», нас возьмет за тестикулы, тогда ты узнаешь, что это и есть знаменитый следственный изолятор особого отдела. Там держат под следствием и тех, кто продал Родину, и тех, кто немецких девушек насильно лишает девственности. Так что – как говорил товарищ Папанов: – «Суши Саня, сухари»….
– А тестикулы – это что за хрень, – спросил Русаков, затягиваясь.