В ответ дэйв расхохотался. Зло и безжалостно.
— Ах, Салмея, Салмея. Как бы я это сделал? Ваш маленький круг был отлично защищен. А вот если в этом кругу затесалась паршивая овечка, тогда даже делать ничего не приходится. Она сделала все сама.
— Кто?
— Еще не догадалась? Твоя дочь, Сатáна.
— Ты врешь! — воскликнула женщина.
— Разве? Ты сама это знала, но любовь матери затмила все. Любовь — слабость, которой страдают только идиоты, вроде тебя или нашего дорогого повелителя. И все они скоро сдохнут. А ты это увидишь своими собственными глазами. Только скажи мне, что говорится в пророчестве, которое вы так оберегаете. Говори!
Он снова обхватил ее руку своей, и она закричала так, как никогда раньше, словно все ее внутренности горели огнем.
— Пожалуйста…
— Говори, и твоя дочь-предательница будет жить.
— Она уже мертва, — выкрикнула дэйва и затряслась, словно от холода.
— Ошибаешься, милая. И только от тебя зависит, останется ли это ложью, или Тайная Канцелярия найдет еще один труп видящей.
— Пророчество ничего тебе не даст. Ничего.
— Посмотрим, — не поверил ей Саргон. — Расскажи мне, Салмея.
Женщина долго молчала, смотрела в его злые глаза и молчала. И тогда он позвал своего слугу.
— Ты сама напросилась. Я же сказал, что так или иначе, ты расскажешь.
Убийца так и не снял капюшон, и я не могла понять, что же такое он делал с Салмеей, но она менялась на глазах также быстро, как пару минут назад исцелялась от болезни. Это напомнило виденное мной в Особом отделе. Как мужчина дэйв дрожал от одного только взгляда помеченного тьмой полукровки.
— Убери его, убери! — внезапно взвизгнула Салмея и закрылась руками. Ее лихорадило и ломало, и все же она заговорила. — Она имеет метку, оставленную тем, кто должен был убить, но пощадил. В ее жилах течет сила трех Домов, она владеет любовью трех глав. Ее сердце пылает, как чешуйка дракона, она спасение Илларии или ее погибель. Она приведет полукровок к истинному величию и поставит на колени всех дэйвов, включая повелителя.
— Это все?
— Да.
— Чушь! Никогда дэйвы не преклонят колени перед полукровкой.
— Даже если в ней течет кровь правящего Дома?
— Так это о ней говорит пророчество?
— Я не знаю.
— Тогда что ты знаешь?
— Я знаю, что ее сила проснется в Снежных песках и там же достигнет апогея.
— Значит, говоришь в Снежных песках? Хм, как забавно. Все дорожки ведут туда. А что ты скажешь, дорогая, если в Снежных песках полукровок не останется?
Я отшатнулась от ужаса и осознания…
— Они не хотели убивать повелителя. Это был заговор не против власти, а против нас, нас всех. Детей полукровок.
Женщина тоже испугалась настолько, что смертельно побледнела.
— Ты не посмеешь.
— Да неужели. У меня там свой интерес, так почему же не соединить приятное с полезным? Очень скоро прекрасные Снежные пески будут называть Кровавыми. Мы обагрим кровью саму землю, мы сотрясем этот мир до основания, и никакой избранной там не будет. Она сгинет вместе со всеми, и никто, даже мальчишка наследник об этом не узнает. И ты мне поможешь, дорогая. Забери ее.
Слуга подчинился, грубо поднял женщину с кровати и потащил к выходу. А Саргон обратился к все еще дрожащему в ужасе четвертому дэйву.
— Радгар, дорогой. Не дрожи ты так. Никто не узнает. Это останется нашей маленькой тайной, не так ли? — рассмеялся Саргон и приобнял бедного дэйва.
— Ты убьешь меня?
— Всему свое время, дорогой друг, всему свое время. Идем. Скоро здесь будет жарко.
Саргон не шутил. Они подожгли дом магическим огнем, под действием которого даже памяти, и той не остается.
Не знаю, как скоро я смогла успокоиться. Прошлое снова ворвалось в мою жизнь и ударило прямо под дых. Я знала, что Саргон мертв, что дед сам уничтожил его, но после всего увиденного спросила себя: А так ли это? Возможно ли, что он остался жив, что это он приходил в квартиру того мертвеца, чтобы выполнить обещание? Что если Снежные пески были только началом?
— Кто эта девочка?
Я знала, что в Снежных песках выжило шестнадцать полукровок, считая Тею, меня и Солнечную принцессу Самиру. Среди тех шестнадцати было десять детей, двое из которых, мальчики.
В этот момент меня словно ледяной водой окатило.
— Не может быть!
Те жуткие досье, которые я видела в кабинете следователя. Три мертвых девушки, три убитых полукровки. Что если все они выжили в Кровавых песках, что если… дело было не во мне, не в деде, а в той полукровке, которая находилась в кафе. Мама с ребенком. О, богиня!
Когда я это осознала, то попыталась вырваться из воспоминания, но меня что-то остановило, точнее слова Салмеи.
— Даже если ты сожжешь пески до основания, она выживет, это ее судьба, как и твоя — умереть от ее руки.
— Все мы в итоге умрем, дорогая, но только мне очень хочется пожить подольше, как думаешь, удастся?
— Ты безумен.
— Да, мне это уже говорили, — рассмеялся дэйв и потащил женщину в воронку портала.
