Тайна старого морга полностью

Аллейн видел, как выздоравливавшие переглянулись: в их взглядах читалась тревога и покорность судьбе. Что бы это ни значило, детектив не усомнился, что вот-вот услышит подтверждение минимум одной тайны. Еще он заметил, что, когда Сандерс отошел, Сидни Браун повернулся ко всем спиной и уставился в темное оконное стекло. Аллейн готовился выслушать сетованья Глоссопа, язвительные колкости Розамунды и ворчание викария, но ничего такого не последовало. Видимо, усталость взяла свое или же шок от недавнего скандала пересилил личные обиды и смысл ночных событий начал доходить до сознания присутствующих. За многолетнюю службу в Скотленд-Ярде Аллейн убедился: зачастую нужно несколько часов, чтобы подозреваемые поверили в реальность преступления: они столько сил тратят на горячие заверения в своей невиновности, что не сразу ощущают бремя случившегося; однако стоит реальности достучаться до сознания, как на смену горячности приходит подавленность.

Аллейн попросил Брейлинга и Бикса подождать и увел Сандерса и Поусетта в канцелярию. Там они встали друг напротив друга: Сандерс нервно переминался, Поусетт хмурился, а Аллейн, самый старший, молча ждал.

Наконец, когда Сандерс, судя по виду, готов был сорваться на крик, Аллейн заговорил. Его тон не оставлял сомнений в серьезности ситуации.

– Начну с вас, Сандерс. У меня к вам вопрос, и я настаиваю на честном ответе.

Сандерс неловко пожал плечами, пригладил волосы пятерней и поднял на Аллейна осторожный взгляд.

– Я постараюсь.

– Еще как постараетесь, самонадеянный вы щенок! Вы на краю пропасти, и от вашего ответа зависит, где вы проведете остаток жизни.

Сандерс вытаращил глаза. Осторожность во взгляде пропала, сменившись оторопью: рядовой явно давно не получал выволочки.

– На какой еще пропасти, почему? Я не… Сэр!

Аллейн улыбнулся про себя: ему удалось пробить показную жовиальность молодого солдата.

– Всего я открыть не могу, но очень многое зависит от того, скажете ли вы правду. К сожалению, у меня нет времени выслушивать вашу версию полностью – это я предоставлю сержанту Биксу. Сейчас меня интересуют одни лишь факты без прикрас: о чем говорилось в сообщениях, которые вы передавали, пользуясь тоннелем, ведущим в паб «Бридж-отеля»?

Если бы Аллейн имел привычку гордиться собой, он бы долго еще потирал руки, ибо Сандерс из записного покорителя женских сердец, похитившего ретивое Розамунды Фаркуарсон, превратился в запинающегося школяра, готового во всем признаться. К чести Сандерса, он не пустился в бесполезные отрицания и лишь выпалил сакраментальное:

– Откуда вы знаете?

Инспектор улыбнулся.

– Не знал, пока вы не подтвердили мои подозрения. Это старый трюк, рядовой, вы попались на удочку.

Сандерс застонал.

– Морис, ты чертов идиот! – зарычал на него Поусетт.

Не обращая внимания на поступивший собеседнику комплимент, Аллейн продолжал:

– Мне прекрасно известно, что праздность среди выздоравливающих и заключенных нередко скрашивается азартными играми. Мисс Уорн упоминала, что весь медсостав был в курсе – мисс Фаркуарсон поставила на Лордли Страйд. Весть о ее выигрыше облетела больницу еще до того, как она с опозданием явилась на работу. Со слов той же мисс Уорн, мисс Фаркуарсон, говоря без обиняков, была в долгах как в шелках. Я задался вопросом – может, кто-то шепнул ей на ушко насчет верного выигрыша на вчерашних скачках? Мне известно, что вы и мисс Фаркуарсон состоите в близких отношениях. Отсюда вопрос: не проворачиваете ли вы аферы на тотализаторе, раз вы уже признались в организации целой системы рэкета? Но вот чего я пока не знаю, так это как вы получили доступ к тоннелю.

– Я сам отвечу, трепло, – перебил Поусетт Сандерса, который только плечами пожал. – Не такая уж это тайна. В конце двора раньше были сараи и конюшня, это на их месте возвели армейские склады. У гостиницы конюшня была общая с больницей, и кто-то умный догадался соединить их под землей.

– Отличная система тоннелей получилась! – не утерпел рядовой Сандерс.

– Меня это не интересует.

– Право же, сэр, сделано на совесть… – сконфуженно договорил Сандерс.

– Когда всё ломали под склады, – продолжал Поусетт, – один сарай оставили. Оттуда мы и спускались в тоннель – он выводит прямо в подвал паба.

– Когда это началось? Пока вы находились на карантине?

Поусетт, смекнув, откуда ветер дует, отрицательно замотал головой:

– Да что мы, слабоумные, что ли? Больными мы в паб не таскались.

Аллейн осадил Поусетта взглядом, в котором читалось: слабоумие у них налицо, и приказал Биксу записать показания солдат, а сам отправился к Брейлингу. Когда он распахнул дверь и легкой походкой вышел во двор, капрал успел заметить виноватого Сандерса и смущенного Поусетта. Замеченное Брейлингом, как сыщик и планировал, должно было заставить его всерьез задуматься о своем положении, поэтому третий подозреваемый без возражений стал проводником лондонскому детективу.