– Журавлика нет? Ушел? Как ушел? Почему так рано? Ах, ко врачу… Ну, сделайте же что-нибудь! У нас здесь вип-персона, нам непременно нужно попасть в лабораторию! Хорошо, пришлите Платоныча! – Прервав разговор, экскурсовод виновато взглянул на Лилю и проговорил: – Сейчас вам откроют…
Лиля демонстративно посмотрела на часы.
Через несколько минут к двери подошел невысокий человек с длинными, как у гориллы, руками.
– Это Платоныч, – представил его экскурсовод. – Мастер на все руки… все умеет, все может!
Надежда сфотографировала умельца.
Тот взглянул на нее недовольно и спросил экскурсовода:
– Что открыть-то надо?
– Вот эту дверь.
– Опять?
– Ну, вы же знаете Журавлика…
Умелец крякнул, достал из кармана отвертку и занялся замком. Через минуту раздался щелчок, и дверь открылась.
– Ну, вот оно…
Платоныч с довольным видом удалился, а экскурсовод провел женщин в лабораторию вельможного алхимика и начал рассказывать о его псевдонаучных изысканиях.
Надежда Николаевна усердно фотографировала старинные приборы, а Лиля внимательно осматривала лабораторию, слушая многословные пояснения. Внезапно она громко закашлялась и сделала вид, что задыхается.
– Ох, какой ужас! – всполошилась Надежда. – У Лили Евгеньевны иногда случаются такие приступы… ей нужно срочно выпить воды… принесите, пожалуйста!
Экскурсовод подбежал к стоявшей в лаборатории раковине, открыл кран и наполнил стакан, но Надежда воскликнула в ужасе:
– Что вы делаете? Лиля Евгеньевна пьет только минеральную! От воды из-под крана у нее могут начаться судороги!
Экскурсовод бросился к дверям, но когда почти уже выбежал из лаборатории, Надежда окликнула его:
– И минеральную не всякую! Она пьет только швейцарскую, такую, знаете, с голубой этикеткой!
Лиля зашлась новым приступом кашля.
Экскурсовод позеленел и под взором Надежды Николаевны вылетел из лаборатории.
Как только дверь за ним закрылась, Путова перестала кашлять и повернулась к своей спутнице:
– Ну, приступаем! У нас очень мало времени!
– Не так уж и мало. Пока он найдет швейцарскую минеральную воду с голубой этикеткой, мы много успеем сделать…
– Все равно не нужно терять времени! Где тот тайник, про который вы говорили?
Надежда Николаевна прошла к темной нише и осветила телефонным фонариком металлическую дверцу, напоминавшую печную заслонку, с выгравированными на ней буквами дореволюционного русского алфавита.
– И что с этим делать? – спросила Лиля.
– У меня такое чувство, что это нечто вроде старинного кодового замка…
– На одном вашем чувстве далеко не уедешь!
– Вот это ты зря! Забыла уже, сколько раз мы разгадывали сложнейшие загадки благодаря моей интуиции?
– Ну хорошо. И что подсказывает ваша интуиция?
Надежда в задумчивости потыкала пальцем в некоторые буквы. Они мягко углублялись, как клавиши компьютерной клавиатуры. Значит, она была права – это что-то вроде кодового замка.
Знать бы только код…
Когда Надежде случалось проникать в дом с кодовым замком на двери, она освещала этот замок сбоку. Те кнопки, которые часто нажимали, блестели сильнее остальных, значит, их и нужно было нажать. Но на этой дверце все металлические кнопки с буквами блестели одинаково, так что можно было полагаться или на логику, или на интуицию.
Интуиция – это, конечно, хорошо, но, если нужно расшифровать сложный текст, на одной интуиции не выедешь. Нужно знать способ кодировки, ключ шифрования, да еще иметь шифровальную книгу…
Тут Надежда вспомнила текст, который расшифровала при помощи чисел Фибоначчи: «Душа моя стремится к небу, где зрит величественну Гебу, чьей юности предела нет…»
Слишком длинный текст, чтобы использовать его в качестве кода. Но дальше там было еще одно слово: «шибболет». Надежда не поленилась посмотреть в интернете его значение.
Оказалось, что это слово пришло из библейского сюжета о войне двух племен. Побежденные пытались сбежать в безопасные места, переодевшись в чужую одежду, а для этого им нужно было переправиться через Иордан по единственному мосту. Победители же устроили у этого моста заставу (в теперешних терминах блокпост), где каждого путника останавливали и заставляли произнести фразу: «Мне нужно переправиться через поток». «Шибболет» и означает «поток» на языке победившего племени, тогда как в языке побежденных не было звука «ш» и вместо «шибболет» они произносили: «сибболет», после чего их убивали или отдавали в рабство. С тех пор словом «шибболет» стали обозначать характерное слово, которое не вписывается в фонетику какого-либо языка и потому может служить для определения его носителей.
Впрочем, все это не объясняло простого факта – зачем слово «шибболет» вставлено в зашифрованную стихотворную строку поэмы Арсения Двоемыслова?
И тут Надежду осенило.
Если в Библии «шибболет» служил паролем для переправы через Иордан, так, может, и здесь это слово служит паролем, чтобы открыть таинственную дверцу?
– Ну что, ваша интуиция молчит? – насмешливо проговорила Лиля. – Поторопите ее, ведь с минуты на минуту может вернуться наш провожатый, и ему может не понравиться то, что мы делаем!
