– И ты не испугалась посмотреть? – Лиса недоверчиво посмотрела сверху вниз на низкорослую подругу.
– Да, я даже не сообразила. Вся улица побежала и я с ними. Ох, знала бы я, что мертвецы такие страшные, в жизнь бы не пошла.
– Кто-то из местных? – Лиса замедлила шаг.
– Нет. Не из наших. Говорят городские они. В фирме какой-то работали. Никто не видел, как они приехали, как на озеро прошли. В целом, очень странная и запутанная история вышла. Еще слышала, как продавщица своей подруге рассказывала, мол, участковый обмолвился, что эта несчастная троица на работе не с кем не общалась. Их коллеги были удивлены, что их сотрудники вообще вместе, да и работали они в разных отделах, по службе не пересекались.
– Ого! Вот это случай! Чем же дело закончилось? Нашли убийцу?
– В том то и дело, что нет. Из-за этого происшествия нам с блинчиком строго-настрого запрещено гулять по вечерам и ходить на озеро. Тебя встретить еле-еле уговорили. – Аля погрустнела и оттопырила нижнюю губу, но тут же снова задорно улыбнулась подруге, – теперь то ты приехала и что-нибудь придумаешь, чтобы с нас сняли несправедливые ограничения.
– Почему я то?
– Ну-у-у Лиса-а-а-а, – Аля прижалась головой к плечу подруги и потерлась об него, как кошечка, – ты же умная. Мегамозг! Генератор идей!
– Генератор идей. – Пашка исказил голос, подражая сестре, и свел к переносице зрачки и быстро-быстро заморгал.
Девочки прыснули со смеху.
– Ладно, что-нибудь придумаем. – Лиса потрепала волосы Али на макушке и подошла к своей калитке. – Спасибо, ребята, что проводили. Как разберу вещи, загляну к вам.
– Ждем! Бабушка, как раз блинчики к твоему приезду готовит. – Аля дернула брата за рукав. – Пошли уже, бабуля ждет, волнуется.
Ребята ушли, а Лиса вздохнула и посмотрела на покосившуюся избушку. Старый деревенский домик давно нуждался в мужских руках. Дедушка с бабушкой ушли в мир иной два года назад. Лису более никто не встречал с горячими пирожками и ароматным чаем. Печь – сердце дома стояла ледяная и немая, бледно-серая штукатурка местами потемнела и откололась, задорный треск березовых поленьев более не нарушал тишину, в кухне отсутствовали ароматы подожженной бересты и наваристого супа. В доме без хозяев поселился ветхий запах отсыревшего дерева и тряпок, а двор зарос дерном, порослью от яблонь, слив и кустов смородины. Даже, некогда ухоженные грядки, стояли рядком, с проломленными и раскинутыми в разные стороны бортами, подставив теплому солнышку свои горбатые земляные насыпи с кривыми, извилистыми и цепкими сорняками вьюна.
Два года Лиса с мамой не заглядывали в деревню. Еще одни летние каникулы в городе девочка бы просто не пережила. Городской смог, шум от автомобилей и электрогенераторов раздражал юную девушку, поэтому Лиса попросила маму отпустить ее в деревню одну, проверить дом и прибраться на могилах родных для нее людей. Мама одна растила дочь и работала на двух работах, составить компанию Лисе попросту не могла, но отпускать пятнадцатилетнего подростка, хоть и не далеко от дома, боялась.
– Ну-у-у, мам, что может со мной случится?
– Все, что угодно. Даже думать об этом не хочу.
– А, я не хочу еще одно лето сидеть в душном кирпичном помещении или гулять по расплавленному на солнце асфальту, вдыхая выхлопные газы от автомобилей.
– Лиса, пойми, дом – не квартира.
– Деревня – не город, – передразнила Лиса, закатывая к потолку глаза. Подумай о моем здоровье. Что может быть прекрасней соснового леса и чистейшей родниковой воды? Кстати, я обещаю прочитать все-все, что задали на лето по чтению. Ну-у-у мамочка…
Мать, поджав губы, согласилась с условием, что если соседка баба Клава даст согласие присмотреть за Лисой месяц, то отпустит дочь одну. Благо деревня находилась недалеко от города и в случае чего необычного девочка сможет вернуться домой или мать сама приедет по первому требованию. Держать связь сговорились через телеграф каждую субботу в пятнадцать часов.
Баба Клава дала согласие и обещала присмотреть за Лисой, как за родными внуками, а также была готова выделить раскладушку на веранде, мол, нечего ребенку спать в заброшенном доме. Лиса спорить не стала, пояснив, что если появится такая необходимость, то обязательно воспользуется приглашением, но все же попробует пожить самостоятельно.
– Пора привыкать к самостоятельности, – серьезно сказала Лиса, – осенью в техникум ехать одной в чужой город. Там-то тебя не будет. И бабы Клавы, кстати, тоже.
– Вот-вот, кстати твое «кстати», я еще не давала согласие на техникум. Лично я советую окончить одиннадцать классов, а уж потом покидать родные пенаты.
В итоге Лису отпустили. Но чего ей стоило упросить маму. Всю неделю девочка доказывала родительнице свою самостоятельность: мыла полы, готовила, стирала, выполняла любую мамину просьбу, даже заверила маму, что остается в школе до одиннадцатого класса и свою мечту о поступлении в техникум в другом городе отложит на потом.
