Перевалило за полночь. Огоньки на руднике давно погасли, и только большие колючие звезды, повиснув над крышами сонных домов, горели все так же ровно и спокойно.
Пожалуй, никто на руднике не видел, как к дому Волкова метнулась тень и замерла под окном;- короткая и неподвижная.
Окно распахнулось - и человек, перевалившись через подоконник, сполз в комнату. Разговор состоялся короткий, больше говорил хозяин. Гость, не раскрывая рта, слушал и кивал головой.
- Ты был прав, мальчишка оказался тот самый, симферопольский. Хорошо, что он меня не запомнил. Постарайся не попадаться ему на глаза. Я займусь им сам. В воскресенье ты должен отыскать штольню, дорогу помнишь?
- Помню,- глухо ответил гость.
- Захватишь с собой инструмент, надо будет собрать аппаратуру и сообщить, что мы у цели.
Гость выбрался в то же окно и растаял в темноте.
Целую неделю ребята не видели Павла Ивановича. За это время они расширили пещеру, сколотили стол, скамейки вдоль стен, повесили карту. И еще Булат достал книжку с азбукой Морзе.
- Тире-тире-точка. Точка-тире,- твердил он, не переставая с утра до вечера.
Павел Иванович выезжал в город в командировку, а когда он вернулся, ребята нашли его в управлении и договорились о встрече.
Встреча состоялась в тот же день, после рабочего дня. Павел Иванович пришел со смены грязный, запыленный и устало опустился на скамейку. Он немножко сидел молча, потом прибавил света в фонаре и устало улыбнулся ребятам, сидевшим в ряд на самодельной скамеечке.
- Ну, рассказывайте, что у вас там произошло?
Роза по порядку рассказала, как они возвращались домой, как она заметила сигналы среди скал, и как они подкараулили старшего мастера дядю Петю Гаршина.
- Надо пойти и заявить в милицию,- предложил Батыр.
- А вдруг он совсем не шпион, что ты тогда будешь делать?- спросил Гриша.
Нариман повернулся к Павлу Ивановичу.
- Что же нам теперь делать?
- А вот что. Мы организуем за ним наблюдение и будем записывать каждый его шаг. Если что-либо заметим, примем меры. Но все это надо делать так, чтобы ни одна живая душа…
- А вдруг он взорвет штольню и убежит за границу?
- Не бойся, Булат, штольню он не взорвет, а через границу его не пропустят наши пограничники.
- Можно, я буду первый за ним следить?
- Ну что ж, первым так первым,- согласился Павел Иванович.- Розонька, составь, пожалуйста, график дежурств и повесь на стену. Все? С этим вопросом покончено? Теперь о времени и маршруте нашего похода.
Павел Иванович поднялся и подошел к карте.
- Я думаю, мы начнем отсюда, с этого участка, и будем постепенно продвигаться к руднику. Можно пробраться вот до этих порогов по левому берегу. За порогами есть узкое место, там мы соорудим мост и переберемся на правый - а там до самого ущелья можно идти вдоль реки.
Павел Иванович обвел ребят взглядом.
- Ну как, все согласны?
Ребята молча кивнули головами.
- Ну вот и хорошо. О времени нашего похода договоримся в понедельник. Пускай Нариман зайдет. В понедельник после восьми я буду у себя. А теперь все по домам.
Когда ребята вышли уже из пещеры, их остановила Роза.
- Ой, мальчишки! Я совсем забыла. Папа обещал в субботу повести нас в штольню. Он сказал, чтобы мы в три часа ждали его на тропе. Он нам все покажет, даже новый комбайн!
В столовой бабушки не было, в спальне тоже. Булат заглянул в кухню. Бабушка сидела на кушетке, сложив рядом высохшее белье, и не мигая смотрела на утюг. Увидев Булата, она встала и, наслюнявив палец, притронулась к утюгу, утюг был холодный. Бабушка метнула на внука злой взгляд.
- Чтоб тебе верблюд на руки наступил!
Булат внимательно посмотрел на свои руки.
- Вечно вы, бабушка, ругаетесь!
- Я тебе сейчас поругаюсь! Я тебе поругаюсь! Я тебе две ноги в один ботинок загоню, козий ты сын!
Бабушка схватила со стола утюг и потрясла им перед самым носом Булата.
Булат выскочил в коридор и плотно прикрыл дверь, но бабушка не унималась.
- Что же ты с ним, с бедняжкой, сделал? Ведь он же совсем еще новый. Всего две недели, как мать из города привезла.
Булат осторожно приоткрыл дверь и просунул в щель голову.
- Я же его всего только один раз ремонтировал! Вы же сами меня просили!
- Просила я его!- запричитала бабушка.- Вы слышите, просила оказывается! А на чердаке который лежит, тоже просила? А плитка, а новый чайник, а часы, а…
Булат тяжело вздохнул, закрыл двери и отправился и твою комнату - сюда бабушкин голос не долетал.
Булат залез в книжный шкаф, вытащил большой толстый блокнот и химическим карандашом вывел на обложке: «Журнал поведения шпиона дяди Пети Гаршина», ниже добавил: «Начат 17 июля 1946 года». Потом он вернулся в залу, взял со столика будильник и мягкими неслышными шагами направился к себе.
- Ну-ка, повернись,- остановила его бабушка.- Покажи, что там у тебя?
- Ничего… будильник… мне надо завтра рано разбудиться…
- Я знаю, как тебе надо разбудиться! И до этого будильника уже очередь дошла! Сейчас же поставь его на место!
Булат нехотя поставил будильник на стол и вышел на крыльцо.
