Теперь она видела, как он рисуется, как тщательно обдумывает каждую свою фразу, каждый жест, словно глядя на себя со стороны и выстраивая, как ему кажется, самую выигрышную мизансцену. И все равно он выглядел пошлым и жалким.
Дешевый провинциальный актер – вот он кто!
Это сейчас, тут же усмехнулась про себя Ника, а раньше-то… Как она обмирала от одного его прикосновения, да что там – эсэмэску от него прочитает – и то радости на полдня! Как она плавилась под его взглядами, как таяла от его слов. И ведь поверила, идиотка этакая, что это все серьезно, что это… что это навсегда. До чего же стыдно!
Ника постаралась отойти в сторону, Александра орала и вовсе что-то несусветное и наступала на Сергея, целясь длинными, ярко накрашенными ногтями ему в глаза.
Тут открылась дверь подъезда, и вышла старуха с собачкой корги. Она посмотрела изумленно на их группу и сделала было шаг назад, но корги твердо была настроена на прогулку, так что дернула поводок, и старуха вывалилась наружу, а в это время Ника проскочила в подъезд. И услышала крик и лай корги. В маленькое окошко на двери было видно, что Сергей, отчаявшись отцепиться от Александры, здорово врезал ей по физиономии, и она, отлетев, свалилась прямо на корги.
– Ника, постой! – Он вбежал за ней в подъезд и нагнал на втором этаже.
Ника остановилась перед дверью квартиры, куда он неделю назад привез ее из аэропорта – счастливую, полную надежд на новую, интересную жизнь с любимым мужем. Да, вот же он – муж. Объелся груш!
И тут она сообразила, что не сможет попасть в квартиру, потому что у нее нет ключей. Были ключи у «свекрови» и у этого типа, которого в обезьянник загребли с ее помощью. Ничего, пускай там посидит и подумает о собственном поведении.
– Я открою! – Сергей уже склонился над замком, стало быть, у него тоже ключи были.
В квартире было душно и никакого порядка. Валялись какие-то бебехи, обрывки веревок, старая поношенная обувь.
Ника прошла в спальню, достала из кладовки чемодан и начала собирать вещи. Не то чтобы одежда была ей нужна, но следовало забрать из этой квартиры все, особенно документы.
– Ника… – Сергей притащился за ней. – Ника, мы должны поговорить…
– Да что ты? – сквозь зубы процедила она. – И о чем ты собираешься разговаривать? Что выяснять? Мне, знаешь ли, все про тебя ясно. Сначала свекровь просветила, потом Александра.
– Они все врут! – пылко вскричал Сергей.
И тут же понял по ее лицу, что взял неправильный тон. И быстро сменил тактику:
– Ника. – Он осторожно подошел ближе. – Ника, конечно, я очень виноват перед тобой. Ну да, я поддался искушению, я слабый человек, как многие. Я играл в азартные игры, не сумел себя обуздать и влез в долги. И когда она, Лидия, посвятила меня в свой план, я согласился. Потому что у меня не было другого выхода. Но когда я познакомился с тобой… Ника, я должен сказать… я знал много женщин, я этого не скрываю, но ты… ты особенная…
Ника не успела отстраниться, когда он схватил ее руки.
– Ника, дорогая, прости меня! – Он прижал ее руки к своим пылающим щекам (надо же, мимолетно удивилась Ника, щеки-то и правда горячие, ну, силен парень, артист прямо). – Ника! – Он отпустил ее руки и упал перед ней на колени. – Умоляю, дай мне последний шанс! Руки мои чисты, я не преступник, я просто слабый человек. А ты… я верю, ты сумеешь меня перевоспитать…
– Да для чего мне это нужно? – всерьез удивилась Ника.
– Что? – Он поднял лицо и посмотрел с легким недоумением.
– Сам посуди, за каким чертом мне нужно тебя перевоспитывать? – заговорила Ника. – Зачем ты мне сдался? Значит, сделаем так: я сейчас уезжаю отсюда в свою квартиру, а ты остаешься здесь. Или можешь катиться отсюда, куда хочешь. И больше мы с тобой не увидимся. Никаких разговоров и звонков по телефону, впрочем, я номер поменяю. И не вздумай ко мне явиться, я охрану предупрежу.
– Ах вот как заговорила… – до него с трудом, но все же дошло очевидное – что она больше не поведется на его речи.
И Ника увидела, как лицо его резко изменилось. Где его привычное обаяние, где приветливость и мягкость, где ласковый взгляд, куда все это делось? Теперь черты его искривились, он кусал губы и некрасиво поводил носом.
– Ах, вот как заговорила… – повторил он и встал, возвышаясь теперь над ней, – а не забыла ли ты, дорогая моя девочка, что мы с тобой женаты? Законным, так сказать, браком сочетались хоть и в твоем зачуханном городишке, однако власть и там есть. Так что у меня свидетельство о браке имеется, и в паспорте штамп стоит.
– Ты сначала верни паспорт свой! – Ника вспомнила, что паспорт его с фальшивой фотографией забрали полицейские.
– Верну. Скажу, что украли, заявление напишу, – успокоил он ее. – Так что, дорогая женушка, ты наследство получила, когда мы с тобой официально женаты были. И так просто ты от меня не отвяжешься. Делиться надо.
