Р
Новый день принес новые заботы. Первая половина прошла мирно. Сейчас я занималась домашними делами, разбирала вещи, читала и периодически предавалась легкой панике на тему «Что же теперь?!» И не правы будут романтичные девушки, которые предположат, что переживала я из-за Алина. Нет, из-за него тоже, но вовсе не по личным темам.
Были вещи насущнее. Жизнь, например.
На меня открыта охота призраком-убийцей, которого никто не может поймать. Притом, если учесть, что ко мне приставили навь, — опасность оценивают как высокую. Не сомневаюсь, что услуги этой нежити согласованы как с главой Академии, так и с Сибэлем. То есть все эти граждане высокого полета полагают, что меня попытаются благополучно прибить в самое ближайшее время. Невеселые перспективы!
Кроме призрака еще был один не более живой товарищ. Его загадошство Ильсор!
Ну и в заключение парада мертвых личностей, претендующих на дефицитную мавкину шкурку, у нас идет вампир. Правда, Дарин Енир еще не в курсе своих амбициозных планов, да…
Мало того что такая толпа кровно заинтересованных в моем неблагополучии мужиков, так они все еще и дохлые!
Водяной, вот за что ты меня так невзлюбил?!
Вот почему если у книжных героинь появляются претенденты на тело белое, то, разумеется, великие, могучие, красивые и, конечно, безумно влюбленные. А у меня… эх!
Я досадливо поморщилась, сердито кинула тряпку, которой протирала стекла, на стол, и плюхнулась на постель.
Оглядела уже чистую комнату и вслух предложила себе дальнейший план:
— А пойдем-ка мы, Нэви, в библиотеку… пойдем учиться!
А что? И полезно, и в голове не останется места для испуга и паники. Лепота!
Так что сгребла я в сумку мешочек с орехами, немалый запас которых презентовал Алинро Нар-Харз, и бодро двинулась в сторону обители знаний.
Кстати, про белохвостого.
Вчера все было чинно и благопристойно. Меня проводили до общежития и, о чудо, не то что приставать не стали, а даже пытаться облобызать ручку на прощание! Да и по дороге лис вел себя прилично, невзирая на то, что затащить глупую мавку можно было под любой куст.
Почему глупую и с чего это я так нелестно отзываюсь о героическом северном песце? А у меня есть все основания! Еще недавно Нар-Харза не останавливали никакие преграды на пути к своим капризам. Но в этот раз все было спокойно. Прямо напрягало это затишье!
Каменные стражи общежития на этот раз меня проигнорировали, что не могло не радовать.
Тем более что успела окончательно успокоиться, пока шла по залитым солнечным светом аллеям и любовалась на громаду Академии, возвышающуюся над кронами. Серый камень в лучах заката становился медовым, медные крыши — багряно-красными, а за шпили, казалось, сейчас зацепятся низко плывущие облака.
Флюгер с гербом Триединства — лисом, совой и василиском — сейчас не виден. Да и о том, кто там изображен, я знала исключительно потому, что некогда прочитала. Эти зверушки вообще часто мелькали на фресках в Академии, но опознать в них именно данных занятных тварюшек можно было только имея немалую долю фантазии! Потому как страшные перекошенные хари временами выглядели крайне сюрреалистически! Было на редкость тихо, несмотря на распахнутые стрельчатые окна с красивыми витражами. Каникулы… А обычно стоит шум и студенческий гомон.
Все же созерцание чего-то прекрасного и вечного всегда действует умиротворяюще. А главный корпус и вправду был почти совершенен в моих глазах.
Я наконец достигла библиотеки и, застыв перед закрытыми дверьми, с замиранием сердца подняла глаза к каменным изваяниям на входе.
Робко кашлянула и поздоровалась:
— Добрый вечер, Марфия Горыновна и Поликарп Змействович!
Статуи дрогнули, и правая горгулья с любопытством наклонила голову, сверкнув на меня красными провалами глаз.
— И кто это у нас тут? — прокатился по коридору гулкий, скрипящий голос.
— Студентка Невелика Подкоряжная, — скромно представилась я.
— Цель визита? — словно издеваясь, вопросила левая каменная зверюга.
Я мрачно осмотрела откровенно глумливую морду. Вот зачем я в библиотеку пришла — совершенно непонятно, да?!
— Занятия, — я все же сладила со вспышкой эмоций и улыбалась очень-очень мило и доброжелательно.
— На каникулах, да еще и в такое время? — Змействович выразительно перебрал каменными когтями по дверному косяку.
— У меня есть допуск от Алинро Нар-Харза, — со вздохом выудила из сумочки свиток и, развернув, продемонстрировала склонившимся горгульям несколько строчек на нем, подкрепленных подписью и печатью.
— Ну-у-у-у… даже не знаю, — протянула Марфия Горыновна. — Вы, Подкоряжная, у нас мавка на редкость неблагонадежная!
— Если учесть мою специализацию — благодарю за комплимент, — иронично ответила я и, не удержавшись, все же отвесила шутовской поклон.
