Для Людмилы они решили купить красивый шифоновый шарф, который так ей понравился, когда они все вместе еще осенью гуляли по торговому центру. Девочки запомнили и сам шарф, и магазин, в котором он продавался, и потом до самой зимы бегали раз в неделю проверять, не продали ли его кому-то другому. Шарф их дождался, и после его покупки счастливые девчонки побежали выбирать подарок для Уса. Ему было решено подарить новые теплые тапочки с веселыми гномиками в красных колпачках, которые с важным видом восседали поверх тапок и держали смешные таблички «Правый» и «Левый».
И самым важным и ответственным было задание по выбору подарка для папы Элеоноры. Девочки долго и много спорили на этот счет. Не найдя компромисса в выборе, они обратились за советом к маме. Та предложила купить компакт-диск с джазовыми композициями Луи Армстронга. Папа Эли очень любит слушать джаз и дома, и в машине. У него очень большая коллекция виниловых пластинок и дисков с этой музыкой. А вот с диском великого джазмена Армстронга в прошлом году произошла неприятность. Он был безнадежно испорчен маленькой капелькой супер-клея, поэтому такой подарок придется как нельзя кстати.
Но несмотря на все эти радостные и веселые события, оставался нерешенным один очень важный и сложный вопрос: как заполучить шапку-невидимку.
На первый взгляд все было просто: ночью заходишь в баню, находишь шапку и выходишь оттуда с заветным трофеем. Однако все не так. Ночью в бане очень темно, а вокруг все тихо, это означает, что шапку придется поискать и при этом не нашуметь, иначе услышит тебя Банник и не выпустит из своих крепких рук, пока не запарит до смерти. Как же быть?
Элеонора решила поговорить об этом с мамой и Мурой.
– Завтра уже двадцать четвертое декабря, после школы мы едем в деревню и в эту же ночь нам нужно добраться до шапки-невидимки. У кого будут дельные советы и предложения, как действовать? – обратилась к ним девочка.
– Ус нам тут не помощник, – сразу сказала Людмила. – Он – домовой и вход ночью в баню ему заказан. Не должен он после захода солнца там появляться, иначе Банник рассердится и станет всем нам вредить, да так, что мало не покажется. Могу я попробовать за шапкой проникнуть. Что вы на это скажете?
– Я против, – уверенно заявила Эля. – Не ты, а я должна это делать. Хотя бы просто потому что я меньше тебя ростом и есть вероятность того, что даже если Банник меня услышит или заметит, я смогу от него где-нибудь спрятаться.
Девочка пыталась как можно увереннее произносить каждое слово, чтобы убедить маму в своей правоте. На самом же деле Элеонора просто не хотела подвергать Людмилу такой опасности. Мама была для нее самым родным, близким и любимым человеком. И даже просто подумать о том, что девочка может ее потерять, было невыносимо страшно. Мурка тихонько сидела на стуле и внимательно за всеми наблюдала. Когда она поняла, что Эля и Людмила не найдут в этом споре общий язык, кошка решила вмешаться.
– Послушайте, мне кажется, что пойти в баню ночью могу только я.
– Это почему еще только ты? – возмутилась Эля. – Тебя я тоже не пущу.
– Почему? – удивилась Мура. Она никогда не видела настолько возмущенного и в то же время растерянного взгляда у своей подруги.
Эля, немного поколебавшись, ответила:
– Просто потому что не пущу. Сама пойду, что тут не ясно?
– Нуу, – протянула кошка, – теперь-то мне точно все ясно. А сейчас давай ты успокоишься и выслушаешь меня. Я, конечно, не умею так убеждать, как ты. – она хитро улыбнулась, – но кое-какие аргументы к меня все же есть. Во-первых, Людмила за шапкой не пойдет просто потому, что ты ее не отпустишь. Она – твоя мама и слишком тебе дорога, не можешь ты рисковать ее жизнью, верно?
Элеонора виновато опустила голову вниз. Мура полностью прочитала ее мысли и поняла чувства.
– Верно, – тихо выдохнула она.
– Элеонора тоже не может пойти за шапкой, – продолжала кошка, глядя поочередно то на Людмилу, то на подругу. – Она не должна подвергать себя опасности, ведь если ее не станет, то и Лунницу вернуть никто не сможет, правильно?
– Правильно, – согласились мама и дочь.
– А это значит, что остаюсь только я. Я готова попробовать.
– Но я не могу тебя отпустить туда, ты мне дорога не меньше, чем мама. А если Банник тебя не выпустит? – в панике запротестовала хранительница.
– Послушай, Элеонора, – спокойно обратилась Мура к подруге, – даже если этот нечистик и заметит меня, то у вас будет по крайней мере еще один шанс в следующем году повторить попытку. Понимаешь, о чем я говорю? А еще я – кошка, не забывай об этом. В темноте я вижу лучше вас всех вместе взятых, так что отыскать шапку-невидимку для меня не составит особого труда. И вообще, у кого из нас девять жизней, у тебя или у меня? Даже если я и потеряю одну, то у меня их останется целых восемь.
После этих слов Мурка слегка улыбнулась, но ее последний аргумент прозвучал настолько неубедительно, что казалось, будто она и сама не поверила в то, что сказала. Повисла напряженная пауза. И только тиканье настенных часов в кухне нарушало эту тишину.
