В шкафах отыскалась довольно простая посуда самого разного вида. Там же лежали консервные банки с рыбой и мясом, чай зелёный и чёрный, сахар, печенье, конфеты в приличных обёртках.
К сожаленью Шныря, он не нашёл никаких бодрящих напитков. Не было водки, вина и даже обычного пива в металлических банках. Вот, что значит жить в мусульманской республике. Шариат, видишь ли, им запрещает, а ты тут, хоть пропадай.
В одной единственной комнате стоял большой телевизор, три кресла, диван, низенький столик для храненья газет и журналов. Ещё имелся внушительный шкаф, который почему-то все называли «купе». Словно это тесная комнатка в пассажирском вагоне.
На полках объёмного шкафа лежали подушки, матрацы, простыни, одеяла. Всего этого спокойно хватало на шесть или семь человек. Видно на данной квартире могла надолго укрыться небольшая бригада преступников. Например, те бандюки, что приехали из других городов по приказу раббима.
Приспешники Жлобина приняли душ после дальней дороги, а затем, плотно поели. Шнырь приказал своёму подчинённому, убрать со стола и вымыть посуду. Сам же отправился в общую комнату. Там лёг на удобный диван, взял в руки пульт и включил телевизор.
Разобравшись с делами, Лом явился в гостиную. Места прилечь ему не хватило. К пульту доступа не было. Пришлось сеть в удобное кресло и смотреть то, что выбрал его командир.
Побродив по местным каналам, Шнырь не нашёл ничего интересного. Узбекского языка, он не знал. Поэтому смотреть какие-то фильмы не было смысла. Всё равно ничего не поймёшь.
Русских программ оказалось на удивление мало. Все они оказались достаточно скучными. Везде говорили о президенте Узбекистана и каких-то ташкентских проблемах.
Шеф ощутил, что сильно устал. Он решил, что нечего пялиться в «ящик для зомби». Нужно хорошо отдохнуть. Завтра у них трудный день. Шнырь, как начальник, постелил себе на диване. Лом бросил на пол пару матрасов с подушками. На одном ему было тесно.
Выключив свет, охранники быстро разделись и улеглись по местам. Через минуту, оба уже крепко спали. Шнырь храпел тенорком с тоненьким присвистом. Его подчинённый отзывался густым раскатистым басом.
Пришло утро вторника. Как всегда, туповатый помощник поднялся ни свет, ни заря. В семь часов он растолкал беспробудно спящего шефа. В этот раз, Шнырь не начал орать на подельника. Мол, чего ты мне мешаешь хорошо отдохнуть?
Шеф хорошо понимал, что нужно вставать. Поэтому дал Лому команду – убрать небольшую гостиную. Протяжно зевая, он, как начальник, ничего делать не стал. Просто отправился в ванную комнату.
Когда Шнырь явился на кухню, всё уже было готово: чёрный чай крепко заварен, хлеб, масло, сыр, колбаса аккуратно порезаны. Садись и без всяких хлопот, ешь в своё удовольствие.
Всё-таки хорошо иметь человека в своём подчинении. А если их окажется много, как, к примеру, у грозного Босса, то это будет значительно лучше. Ничего можно больше не делать. Сиди на диване и только командуй: подай, принеси, убери. Красота, да и только.
В восемь часов, приехал Турсун. Ярдамчи бросил на стол толстую пачку местной валюты. Выглядели банкноты как-то не очень внушительно. Своей непривычной расцветкой они больше походили на фантики. Единственное, что утешало, их было удивительно много. Кроме того, за каждой цифрой виднелось три, а то и четыре нуля. Сумма получалась невероятно большая.
Увидев загоревшийся взгляд двух охранников, Турсун с улыбкой сказал: – Не обольщайтесь. Здесь узбекские сумы. По текущему курсу, один сум равняется семи тысячным долям рубля.
– Как это? – удивлённо выдохнул Лом. Он-то думал, что дешевле российской валюты ничего в мире нет. Взять, к примеру, «баксы» и «евро», не говоря уж о фунте стерлинге, что используют в Англии.
– Тысяча сумов стоит всего семь рублей. – подробно объяснил ярдамчи.
– И что можно купить на всю эту пачку? – поинтересовался разочарованный Шнырь.
– Этого вам хватит лишь на бензин на неделю, да ещё на еду, если решите раз в день покушать в скромном кафе.
Энтузиазм в глазах двух охранников сразу пропал. Увидев много лаве, они почему-то решили, что поживут здесь, словно восточные принцы, а с такою валютой далеко не уедешь. Лучше бы дали приличные деньги. Хотя бы рубли.
На этом разочарованья не кончились.
– Вот вам телефоны. – сказал усмехнувшись Турсун. Он положил на стол два самых простых аппарата с миниатюрным экраном и обычными кнопками.
– Вы можете жить здесь, сколько вам нужно. Когда отправитесь в город, запомните номер дома и название улицы. Не то с непривычки заблудитесь, а мне некогда с вами возиться. – продолжал ярдамчи. Рядом с деньгами легли ключи от квартиры и от машины.
– Автомобиль стоит под окном. – продолжил узбек: – Это тот чёрный джип, на котором я привёз вас вчера. У раббина не нашлось ничего прощё этой старенькой «тачки», а брать что-то у своих подчинённых для меня неприлично. Как у вас говорят, западло.
