Сторонники тариката, особенно сотрудничавшие с коммунистическим режимом, (а такие были и остаются), тут же вступили в бой с ваххабитами Для победы в этом противостоянии они готовы были к сотрудничеству с любой властью. Ваххабиты же были неуправляемы, что и раздражало правителей. Они не могли выполнять никакие заказы с площади Ленина. Они не ждали и не просили ничего от правительства. Сотрудничать с режимом можно было по-разному. В начале 1990-х годов, когда рыночная система только-только начала развиваться, коммунисты, антирыночники по всей стране то тут, то там преподносили мелкие пакости реформаторам в виде погромов рынков. В месяц Рамадан 1992 года Хасавюртовский рынок посетил имам мечети тот самый МС. Абакаров, и предупредил торговцев маслом, мясом, другими сельхозпродуктами о недопустимости подъема цен. Установив допустимые пределы цен, и пригрозив нарушителям этих установленных им размеров, он со своей свитой и с народнофронтовцами покинул рынок. На следующий день группа молодчиков устроила настоящий погром на рынке, на асфальте валялось мясо, разбитые банки с медом, с маслом, было искалечено несколько человек… Спустя несколько дней после погрома Хасавюртовского рынка, Духовное Управление мусульман посетили работники Дагпотребсоюза с директором городского рынка. Они стали просить духовенство вмешаться в процесс ценообразования, помочь в удержании цен на товары и услуги. Намек на силовое вмешательство. Только мое выступление с разоблачением провокаторской задачи гостей сорвало эти планы. На той же встрече в ДУМД я указал пальцем на Магомед-Саида Абакарова, присутствовавшего на этом собрании, как на одного из тех, кто способствовал погрому в г. Хасавюрт. Тем не менее, заранее спланированный погром в Махачкале, который они хотели связать с духовенством, состоялся, но масштабы были не те, что в Хасавюрте. В тот же день устроили погромы и в коммерческих магазинах, в частности пострадал магазин Меркурий на ул. Буйнакского. Ожидая эти погромы накануне, в гостинице Каспий, где я жил, я выпускал листовки с призывом не поддаваться на провокации (опубликован материал в газете Дагестан). Ни по одному погрому в республике не заведен материал, никто не наказан, хотя организаторы были не в масках. Нынешний имам махачкалинской мечети на Малыгина, мой знакомый, когда-то приезжавший ко мне в Москву, Идрис Эчединский в тот же период выступил перед вышедшими с пятничной молитвы махачкалинцами с призывом устроить силовое воздействие на торговцев продуктами питания и удержать навсегда цену на мясо в пределах 3–5 рублей. Только вот не могу понять, как же так цены взлетели, когда такие авторитетные ученые исламисты могли их удержать в ежовых рукавицах и заморозить на уровне 1990–91 годов? У них-то такие возможности помочь обществу сабаб, дуг1а, ритуалы и прочие действия, недоступные светским горе-экономистам-профессорам? Силовое регулирование цен в Шариатской экономике недопустимо, Шариатская экономика самая рыночная экономика, при этом и самая социально ориентированная. Об этом могут не знать ученые исламисты с 4-х классным образованием со слабой тройкой даже по природоведению и полной программой подвально-хуторских Исламских академий советского периода развития Ислама в Дагестане. Ведь не осиливший хотя бы на крепкую тройку программу неполной средней школы вряд ли сможет осилить Ислам как науку, ибо, по моему мнению, эта наука намного сложнее и тяжелее, чем все школьные предметы вместе взятые. Обидно другое, почему ни один политик, ни один экономист России не взглянет на теорию экономических принципов строительства Шариатской системы государства? Ведь в России по официальной статистике более 20 млн. мусульман.
Несмотря на все противоречия между различными ветвями тариката и особенно всех ветвей тариката с ваххабитами, последние два года шли интенсивные переговоры между лидерами мусульманских общин с привлечением представителей светской власти. Цель этих переговоров была ликвидация очага напряженности, прекратить конфронтацию, вражду в республике, стремление к миру и согласию в обществе. Эти переговоры имели определенный успех. Мусульманская община в республике к весне 1999 г. начала консолидироваться вокруг умеренных лидеров, общество само начало избавляться от влияния экстремистов как со стороны тариката, так и ваххабитов. Этому способствовала и трезвая часть представителей светской власти на местах и на республиканском уровне. Непримиримые, воинствующие представители в обоих лагерях противостояния начали терять своих сторонников. Наметившаяся стабилизация в общине, мир и согласие среди верующих были главными привлекательными к Исламу факторами для рядовых граждан республики.
