Я обхватила его щеки, встала на цыпочки, потянулась и поцеловала его в губы. Он ласково пробежал рукой по моим волосам, вздохнул и отстранился. Посмотрел на меня пристально, и, хотя от его взгляда мне сделалось не по себе, я не отвернулась.
— Иди к себе. Пора готовиться к прощальному ужину.
— Слушаюсь, господин полковник, — я печально улыбнулась.
— Вот, постой…
Он подошел к сейфу, повозился с замком, открыл тяжелую дверь и достал ларец.
— Выбери себе какое-нибудь украшение. Наденешь его на ужин.
— Я думала, ты подарил ожерелье Ашрафа Карине — я коснулась пальцами тяжелых рубинов.
— Вовсе нет, — Август непонятно усмехнулся. — Она так умоляла дать ей его поносить, что я не стал отказывать. Потом она его вернула.
— Это было не очень прилично. Все сделали из твоего поступка… определенные выводы.
— Я не силен в правилах большого света. Да какая разница, кто и что подумал и какие выводы сделал?
— Мне никакой.
— Я бы с удовольствием подарил его тебе. Но тебе оно не пойдет. Возьми вот эту подвеску с бирюзой.
— Мне не нужен от тебя подарок!
— Так и знал, что будешь сопротивляться. Но я настаиваю. Тебе столько пришлось пережить по моей вине…
— Ты только и делаешь, что настаиваешь и извиняешься… ты очень вежливый тиран, господин Железный Полковник.
Я задумчиво взяла ожерелье Ашрафа и покачала его в руке. Рубины горели сочным, недобрым красным светом. Я поскорей бросила ожерелье обратно и захлопнула крышку.
— Майя, не упрямься. Выбери что хочешь. Вот, поройся в шкатулке. Только не оставляй ее без присмотра. Потом вернешь в сейф, ключи у тебя есть. Все, довольно спорить.
Он твердо сжал губы и ушел.
Я не пошла за ним.
Что ж, пусть пока остается наедине со своими мыслями, сомнениями и страхами. Сейчас он прогнал меня, и хочет также прогнать из своей жизни, но я не сдавалась и раньше, и теперь не сдамся.
Я узнаю правду.
Подумав, я решила забрать шкатулку на время в свою комнату. Все же я была неравнодушна к драгоценностям, хотя в первую очередь меня интересовала не их стоимость, а работа ювелира. Может, и я однажды научусь делать подобную красоту. У меня уже есть подходящие инструменты, время от времени я практиковалась делать простые безделушки из серебра…
У себя в комнате я перебирала камни и украшения с удовольствием. Одни блестели, как роса на лепестках тюльпана, другие словно поймали блики морской воды, третьи рассыпали радужные искры. Но камни густого алого цвета вызывали во мне невольное отвращение, потому что напоминали о живой, только что пролившейся крови…
Эти дорогие вещи — символ того, что достиг Август. Он получил их в награду за свои подвиги, либо забрал их в качестве трофеев. Богатство, успех, слава… все это получил мой полковник. Нищий мальчишка заплатил за них сердцем. И частью души… стоило ли оно того? Счастья-то он так и не сумел поймать. И теперь, когда он мог крепко взять его в свои руки, он боялся. Чего? Или кого? Теней прошлого? Меня?…
Я покачала на ладони ожерелье Ашрафа. Золотая цепь была массивной, холодной, но быстро нагрелась от прикосновения. Не так давно я починила на нем застежку и попутно успела изучить плетение цепи и способ крепления камней в оправе.
Но теперь, когда я проводила пальцами по гладкому металлу и переливчатой поверхности камней, я внезапно почувствовала что-то неладное. Интересно, сколько стоит эта пышная, но, на мой взгляд, безвкусная вещь? Должно быть, немало, раз за ней охотится неуловимый Горностай.
Я порылась в ювелирном несессере и достала инструменты, которые заказала у столичного мастера, но пока ни разу ими не пользовалась. Взяла специальную лупу и поднесла ожерелье к свету.
И сделала открытие, от которого остолбенела.
Все же Горностай побывал в замке Морунген. Наверняка он еще здесь. И, кажется, я знаю, кто это. Я застала его в библиотеке; те доспехи свалились на меня неслучайно!
Картина в моей голове начала понемногу складываться, хотя непонятных мест было полно.
Знает ли Август о том, что Горностай в замке? Наверняка! Он не зря пригласил в замок гостей. Но меня в планы до конца не посвятил. Не доверял? Боялся, что я испорчу его затею? Впрочем, намеки были. Что он сделает, если я расскажу ему о своем открытии? А рассказать надо! Или подождать, пока он начнет действовать?
Увидеть Августа до ужина не получилось. В замке его не было; он уехал по делам либо бродил по поместью. Значит, непростой разговор придется отложить.
Стоило отдохнуть, но опасения, предчувствия и мысли не дали ни минуты покоя. Чтобы занять себя, я достала чертежи мозаики и принялась разбираться. И это помогло. Удалось установить кое-какие важные закономерности. Несомненно, я на правильном пути. Теперь точно знаю, для чего предназначен замок… знаю его тайну. Надеюсь лишь, что мне никогда не придется воспользоваться тем, что она предлагает.
За час перед ужином приняла ванну, причесалась, нарядилась. Поколебавшись, открыла шкатулку и выбрала то, что советовал полковник — подвеску с бирюзой. Но шкатулку на место не отнесла — спрятала ее получше среди своих вещей. Тут ее никто не будет искать.
