– Мод Дальримпл всегда была безвольной размазней, – фыркнула леди Валерия.
– Ох, мама, да право же! – возмутился Себастьян.
Дэйзи благодарно улыбнулась ему и покачала головой. Мир – по крайней мере большая его часть – состоял для леди Валерии из безвольных размазней, так что обижаться не имело смысла. И потом, Дэйзи меньше чем через час покидала Окклз-Холл и не хотела, чтобы та вскипала прежде, чем Себастьян успеет огласить свои планы.
Вот тогда у леди Валерии все предохранительные клапана слетят, это уж точно. Сумеет ли Себастьян выстоять перед таким катаклизмом и выйти из него более-менее целым?
Однако он придержал язык, пока ее светлость поздравляла себя с тем, что теперь-то наконец сумеет избавить Окклсуич от раздражающего взгляд металлолома. Походя она сокрушила мистера Уилкинсона, осмелившегося заявить, что запрет на бензоколонку – это вызов прогрессу и удар по индустриальной мощи Британии. Получив уничтожающую отповедь, поэт на пару минут отрешился от реальности, а потом в глазах у него загорелся такой огонек, что Дэйзи решила любой ценой выпросить у него экземпляр рождавшегося у нее на глазах стихотворения, посвященного будущей теще.
Себастьян выждал, пока леди Валерия не притихнет на время, занятая пудингом с заварным кремом.
– Поскольку расследование инспектора Флетчера завершено, – объявил он, – полагаю, мы все вольны уехать.
– Мы с Додо готовы к отъезду, – с готовностью поддержала его Бобби. – Как только получим официальное подтверждение.
Леди Валерия проглотила кусок пудинга.
– Я и не считала себя связанной всякими нелепыми требованиями Фрицера. Ты хотел бы съездить в Лондон на пару дней? Я проверю свое расписание. Думаю, денька два смогу выкроить.
– Нет, мама, ты не поняла, – мягко проговорил Себастьян. – Мы с Беном едем в Грецию.
Увы, к этому времени рот его матери снова оказался полон. Она поперхнулась и побагровела, выпучив глаза. Впрочем, подумала Дэйзи, это мало отличалось от вида ее светлости во гневе. Тем временем Себастьян похлопал леди Валерию по спине и сунул ей в руку стакан воды. Она жадно глотнула воздуха и немного пришла в себя.
– Не говори глупости, Себастьян, – произнесла она. – Я же обещала, что свожу тебя на Корфу следующей зимой. Возможно, получится даже весной, если тебе так уж невтерпеж.
– Извини, мама, я рвусь вовсе не в отпуск на Корфу. Мы с Беном собираемся жить в Греции. В Лондон мы отправимся тотчас, как разрешит инспектор. Потребуется несколько дней на то, чтобы поговорить с моим адвокатом и все уладить, а потом мы уезжаем – поездом до Марселя, оттуда пароходом в Пирей.
Леди Валерия выдавила из себя смешок.
– Ну что за детские бредни, мой мальчик, что за фантазии! Ты, наверное, думаешь, что жизнь будет одним сплошным праздником?
– Дома была такой! Я хочу серьезно заняться археологией, а Бену не пережить еще одной английской зимы. Мы можем прожить там вполне экономно, моих денег хватит на нас обоих.
Она угрожающе повернулась к Бену.
– Проклятый тунеядец! Разумеется, это все ваши идеи! Вы воспользовались наивностью…
– Вовсе нет, – резко перебила ее Дэйзи. – Это было мое предложение. И если вы подумаете, то поймете, что это решает множество проблем.
Леди Валерия уставилась на нее, раскрыв рот. Дэйзи совсем уже было собралась извиниться и выйти, взяв пальто, но тут в столовую вошел Моуди.
– Старший инспектор Флетчер, миледи, – объявил он.
Бобби вскочила с места.
– Шикарно! Идем, Додо! Извини, мамочка.
Она бросилась к двери, а за ней ее жених, Себастьян, Дэйзи и Бен. Алек с рукой на перевязи ждал их в длинной зале, сидя на одном из стульев со спинкой, подобающей скорее орудию пытки. Дэйзи он показался ужасно бледным.
При их появлении он с легкой улыбкой встал.
– Мисс Парслоу, мистер Парслоу, мистер Гудмэн, не сомневаюсь, вы уже в курсе всего. Я пришел сообщить вам, что Мосс арестован по обвинению в убийстве дочери.
– Жуть! – воскликнула Бобби. – Дэйзи сказала, он более или менее сознался.
– Да, и успел, придя в сознание, наговорить еще. Грейс пришла домой и сообщила ему, что уезжает в Лондон. Гнев, заставивший его ударить дочь, был вызван главным образом тем, что ее отъезд лишал его возможности заставить леди Валерию разрешить ему завести бензоколонку.
– Ужас какой, – поежилась Дэйзи. – Он просто одержимый.
– Мама тоже, – рассудительно заметил Себастьян.
– В некотором роде настоящая классическая трагедия, – сказал Бен.
Мистер Уилкинсон пришел в сильное возбуждение.
– Напишу драму в стихах! – вскричал он.
– Хо-хо, – вздохнула Бобби, нежно глядя на жениха. – Я правильно понимаю, мистер Флетчер, что мы можем уехать?
– Вы все вольны ехать куда вам угодно, и примите мои извинения за вторжение в ваши жизни.
Бобби сразу же пригласила его заглянуть к ним в школьный коттедж, если он окажется в тех краях. Себастьян пожал ему здоровую руку.
– Вы меня здорово прокрутили, как сквозь мясорубку, – заявил он. – Но я на вас не в обиде. Дэйзи уже сказала вам, что мы с Беном по ее совету уезжаем жить в Грецию?
