– Ага, вот так бы сразу… Теперь уже поинтереснее.
Один из его подручных шагнул вперед и ударил Ким Сучхоля в живот. От удара тот рухнул на землю.
– Черт! – выругался Чи Сонмо и бросился вперед.
В тот момент, когда он вплотную приблизился к Дэвиду, воздух разорвал оглушительный выстрел. Один-единственный выстрел – звук, который мгновенно разрушил их жизни. Будто неизбежный приговор перед воротами ада, он определил их дальнейшую жизнь. Чи Сонмо упал навзничь, из его ноги сочилась кровь.
Дэвид кивнул своим громилам. Те схватили друзей и потащили их в сторону обрыва. Он приказал оставить в живых только троих – тех, что выберутся первыми.
Безо всякого колебания бандиты столкнули их с обрыва. Ли Джинук кричал, падая в пустоту. Перед глазами пронеслись две фигуры: его отец, владелец лотерейного магазина, и еще один человек – Хан Соджон.
В момент удара о поверхность воды он потерял сознание, но вскоре очнулся. Инстинктивно начал барахтаться в воде, пытаясь ухватиться хоть за что-нибудь. Неподалеку от него на поверхность всплыли и остальные, выплевывая воду. Перед ними был только океан, позади – отвесный утес. Другого пути не оставалось – лишь вернуться в «Голдмун».
Пак Донджин выбрался первым, Чи Сонмо – вторым, Ли Джинук – третьим. Ким Сучхоль и Кан Джинвон не успели. А когда они все-таки вернулись… за дверями спа раздались два выстрела.
– Не забудьте и этим выдать по сто долларов – может, понадобятся им в аду, – произнес Дэвид, цокнув языком. – А ведь надо было просто тихонько жить, как все, и не отсвечивать – учиться, работать, радоваться жалкой зарплате и спокойно себе стареть… И не искать приключений себе на голову.
Все было кончено.
– А что же делать с вами? Я отобрал все, что у вас было, – после этого нельзя просто так взять и отпустить вас… Ну вы ж меня понимаете, а? – сказал Дэвид нарочито печально, словно извинялся перед ними. – А как вам такая идея? Вы же любите игры – настолько, что сунулись во все это, рискуя жизнями… Так что давайте сыграем в одну последнюю игру. Я дам каждому из вас по пистолету. А вы встанете в круг и направите пистолет на стоящего рядом, а затем спустите курки и… ба-бах! Кому-то из вас повезет – один из пистолетов не заряжен. Так что я бы на вашем месте изо всех сил молил – кого там, бога? – чтобы таким оказался направленный именно на вас пистолет. Ну как, неплохо я придумал, а? Все равно мне нужно оставить кого-то из вас в живых – а то я сам не разберусь с этим вашим сайтом… Давайте, – приказал он.
Его подручные раздали пистолеты. Руки у молодых людей дрожали, но все-таки они подняли оружие и приставили его друг другу к голове. При этом были на мушке у подчиненных Дэвида.
– Стреляете на счет три. Ну что, раз… два… три, – спокойно скомандовал Дэвид.
Никто не выстрелил. Их руки дрожали так сильно, что пистолеты готовы были вот-вот вывалиться из них.
– Ну же! Мне некогда ждать. Нужно тут все быстро закончить – у меня запланирован обед со здешним начальником, – недовольно проворчал Дэвид.
Один из его подручных выстрелил в потолок. Друзья в ужасе закричали. Их лица побелели, и они с трудом стояли на ногах, дрожа всем телом.
– Ладно, попытка номер два. Если опять не выстрелите, я сам пристрелю всех троих. Хотите хотя бы одного спасти – подумайте хорошенько…
О чем тут думать? Как тут можно думать? Мыслей не было. Не было и слов.
– Раз… два…
Тут сознание Ли Джинука заполнила одна мысль: «Нет, нет, только не сейчас, не могу вот так умереть!»
– Три.
Прозвучала серия выстрелов.
Ли Джинук и Пак Донджин выстрелили, как и приказал Дэвид. А Чи Сонмо не стал стрелять в друзей – он захотел убить одного из подчиненных Дэвида.
Пуля из пистолета Ли Джинука попала в Чи Сонмо, который тут же упал навзничь. Пистолет Пак Донджина, направленный на Ли Джинука, оказался незаряженным. Один из подчиненных рухнул – и почти в тот же момент остальные открыли стрельбу.
«Бежать, не оглядываясь и не останавливаясь!» Пак Донджин и Ли Джинук бросились к обрыву – единственному месту, где была хоть какая-то надежда на спасение. Сзади доносились крики и грохот выстрелов, сотрясавший небо.
– А-а! – Пак Донджин, вскрикнув, упал на землю, так и не успев прыгнуть с обрыва. Ли Джинук тоже был ранен – пуля попала ему в бок. Но он все-таки прыгнул.
Ли Джинук тряхнул головой, словно пытаясь прогнать из мыслей навязчивые образы прошлого. Затем посмотрел на Хан Соджон и сказал:
– Улыбнись мне.
Соджон, держа в руках фотографию Сохён, посмотрела на него с удивлением, не понимая, к чему он это сказал.
– Улыбнись, – повторил Ли Джинук.
Он хотел увидеть ее улыбку.
