– Мне бы твою убежденность! – Если не прекратишь нытье, Фея, я сам отдам тебя дракону! Когда же, ближе к полудню, Вирен и Берган покинули подземный дворец, то обнаружили, что роскошный бронзовый аэромобиль со всей его хваленой защитой благополучно угнан. Пока парочка дожидалась служебного аэро, Берган орал не своим голосом, пытаясь свалить вину на Вирен. Та, в свою очередь, тоже орала, скорее нападая, чем защищаясь. В конце концов, Бергану пришлось признать, что в этот раз он дал маху. Но все впечатления от посещения дворца, оказались непоправимо испорчены. А возвратившись в Аркадис, и вновь оказавшись в роскошно-мрачных апартаментах судьи, Вирен протянула ему меч: – Спасибо тебе. Это было… во всех смыслах незабываемо! Возвращаю тебе твой замечательный меч! – Можешь не возвращать! Вы с ним идеально подходите друг другу. Я как профессионал говорю.
Вирен, вздохнув, опустила голову:
– Ты говоришь так, что я готова заплакать. – Это, что, сарказм? – Представь себе – нет! Спасибо! – Считай это моим предсвадебным подарком. Черт, Фея, я был уверен, что ты погибла! Ведь твое настоящее имя – Ферия? – Не знаю. Ферия – пропавшая дочь Сида. Но мне отчего-то не хочется думать, что я – это она. – Но ведь от правды не уйдешь. Ты совсем ничего не помнишь о прошлом? – Жалкие крохи. Например – имя Вернан! И то со слов подруги. Я произносила его во сне. При этом Вирен не стала упоминать, в каком именно контексте оно было произнесено. Но на лице Бергана возникла печальная улыбка, от которой девушке стало вовсе не по себе. Затем судья произнес: – Вернан… такого человека больше нет. Нет с тех самых пор, как он взял себе имя отца! Это долгая история, я расскажу ее тебе в другой раз! – Я, пожалуй, пока что присяду! – Понимаю, сам едва на ногах стою. Хорошо, ты пока посиди, а я приведу себя в порядок, а, затем, принесу кое-что еще. Ты так же можешь воспользоваться гостевой ванной, или принять душ вместе со мной, ты знаешь, какой он у меня потрясающе мощный!
«Перед смертью не надышишься, да, дорогой?»
Но вслух Вирен произнесла иное: – Что ж, благодарю. В таком случае не запирай ванную.
Берган удалился, а девушка устало опустилась на диван. Ни о каком совместном душе не могло быть и речи. В висках стучало, а в глазах все расплывалось. Нет, такое самочувствие определенно никуда не годилось.
Девушка прошла в гостевую ванну, умылась холодной водой, чтобы успокоить синяк, кое-как привела в порядок волосы, после чего вернулась в гостиную. Набудис, доктор Сид, исчезновение его дочери, взрыв нефицита.… А теперь еще и Берган. Как это все может быть связано воедино? И что есть главное связующее звено? Магицит. Откуда он у нее, если она не дочь Сида? И для чего вообще нужен этот камень? Надо бы спросить о нем у Бергана. Он, наверняка, что-то да знает. И кто этот третий, из-за которого она расстались? Нет, про это лучше вообще не спрашивать. А оккурии? Сталкивалась ли она с ними раньше? «Я навсегда останусь хозяйкой твоего тела». Но тут появился Берган с большой шкатулкой, прервав ход рассуждений Вирен. – Здесь пятьсот. Побалуй себя перед предстоящей свадьбой. – Пятьсот чего? – Ржавых гвоздей. Пятьсот тысяч гилей, разумеется. Золотом. А сейчас, мне, к сожалению, пора. Внезапно Вирен ощутила в душе тот же неприятный холод, что посетил ее в подземном дворце. Сует деньги, будто проститутке за проведенную ночь. Сумма особой роли не играет. Тем не менее, девушка спросила: – Когда я тебя вновь увижу? – Этого я не могу сказать. А на время моего отсутствия предлагаю остаться у меня. Здесь ты будешь в безопасности. – Нет, увы, я не могу. Моей близкой подруге, виере, тоже угрожает опасность. – Виере, говоришь… – Да! Она и так уже настрадалась здесь сверх всякой меры!
Судья сразу отвел глаза, но голос его не изменился.
