Заключительная часть трилогии "Тайная Игра", в коей присутствуют уже не только элементы Vagrant Story, но и Final Fantasy Tactics. В общем, это уже полный Ivalice Alliance. И, да, тут имеется связь с нашей Землей. Но это тоже, кстати, по канону. Сюжет всей трилогии может показаться сложным. Но вспомните те же Kingdom Hears (сочувствую игравшим)...
====== Пролог. ======
Наступало утро, окрашивая мрачноватые серые небоскребы багряным золотом восхода. В просторной светлой гостиной, оформленной в холодных тонах и обставленной в стиле нео-модерн, на сизом велюровом диване перед телеэкраном вальяжно сидел профессор, закинув ногу за ногу. На профессоре был сизый домашний халат и светлые брюки. Перед ним, на стеклянном журнальном столике стояли песочные часы в замысловатом серебряном обрамлении, фирменная серебряная авторучка на подставке-кристалле, тонкий серебристый ноутбук, и кружка ароматного крепкого кофе. Белая керамическая кружка с фиолетово-черной змеей, обвивающей лиловую розу. Изображение, отдаленно напоминающее символ медицины. Профессор поднес кружку к губам, сделал несколько неторопливых глотков и прикрыл глаза, откинувшись на диванные подушки. Затем потянулся словно крупная серебристая кошка, и обратился сам к себе: – Превосходный кофе. А от всего остального просто с души воротит. Особенно от здешних новостей. Не представляю, как цивилизация этого мира смогла развиться до столь высокого уровня при подобном хаосе и произволе? Войны, теракты, техногенные катастрофы, голод, эпидемии, разруха, полный культурно-нравственный упадок… вот что значит бесхозность. В моем мире хотя бы есть Совет, поддерживающий элементарный порядок. Временный Совет, если быть точнее…
Поморщившись, профессор нажал кнопку пульта, и новости сменились художественным фильмом в стиле нуар.
– Да, и еще здесь встречается отличное кино! Иногда.
Мужчина мечтательно улыбнулся, отставил пустую кружку, а когда пошла реклама, взял в руки ноутбук, включил его и открыл папку с фотографиями молодых людей от двадцати до тридцати лет. Под каждым фото было имя и дата его создания. Поправив очки в тонкой серебряной оправе, профессор принялся просматривать фотографии, пробегая внимательным, цепким взглядом по непохожим лицам.
– Моя верная паства. Может показаться, что мне нет до вас дела, что вы не более чем инструменты, но это не так. У каждого из вас своя уникальная судьба, своя история… люблю интересные истории.
Открыв предпоследнюю страницу, профессор задержал взгляд на фотографии девушки с медно-красными волосами до середины шеи и зелеными глазами: «Эрин Дана Андерс. 2015».
– Эрин, моя драгоценная Персефона. Если другие смотрят на меня как псы в ожидании выгодной подачки, то ты – как истово верующая на воплощенное божество, ожидая лишь его велений. Одна из самых истовых моих последователей, и самых бескорыстных. Знаешь, я мог бы запросто получить не только твою душу, однако же, не стану этого делать. Такой шаг лишь все испортит, по крайней мере, на данном этапе. Пока что наша связь должна оставаться высокой, как небеса. Я буду в вышине, а ты смотри на меня снизу, Персефона, и получай в награду знаки моего внимания и благосклонности. Твоя столь безграничная преданность и обожание могут однажды сослужить мне хорошую службу. Однако, не стоит и забывать, что от любви до ненависти один шаг. Стало быть, мне стоит избегать и чрезмерной холодности. В любом случае, я буду приглядывать за тобой, милая Персефона…
====== Часть I. Бур-Омисас. Глава 1. ======
Some time ago I checked my conscience
And found it wasn’t all that clean
A trail of people I had hurt
A sea of sins left unredeemed
Regret is a dull and rusted blade
That covers me with scars that never fade
These wounds, like a catalog of flaws
Serve to remind me of all the pain I’ve caused
So I resolved to make amends
To heal the damage I had done
But I could never stop the torrent
Of those regrets still yet to come
Regret is a dull and rusted blade
That covers me with scars that never fade
These wounds, like a catalog of flaws
Serve to remind me of all the pain I’ve caused
This bitter sadness overwhelms me
And mires me down with velvet arms
It’s time for me to face the music
It’s time to undo all this harm
Regret is a dull and rusted blade
That covers me with scars that never fade
These wounds, like a catalog of flaws
Serve to remind me of all the pain I’ve caused
Assemblage 23 – Regret
Ферия стояла во внешних покоях храма пред разрушенной статуей богини, которую девушка помнила как неотъемлемую часть религиозного центра Фаризма. Поговаривали, что статуя являла Аджору Глабадосскую, основательницу глабадосского учения. И говорил не абы кто, а некоторые кильтии. Но с чего бы ей стоять в храме Света Кильтии, религии основанной на вере в Фарама и противопоставленной глабадосской религии? Более вероятно, что ныне разрушенная статуя богини воплощала килдеанскую танцовщицу и жрицу Мюлленкамп. Ту самую Мюлленкамп, что возвела свое главное детище – мистический город Леа Монд, постепенно обретший собственный разум, а ныне освободившийся ото всех сдерживающих его оков, и возможно готовящийся подчинить себе весь Ивалис. Ферия отвернулась от оскверненной статуи и еще раз обвела взглядом покои. Нет, этого никак не мог совершить человек. Такой ущерб могло нанести только стихийное бедствие,
