Сэмюель слегка нахмурился. Ида с тревогой подумала о том, что мистер Хакетт, должно быть, решил, будто все дело в поцелуе, и постаралась уладить это недоразумение.
— До моих ушей дошли неприятные слухи, мистер Хакетт, — сказала она. — Вчера у меня выдался свободный день, и я побывала в городе.
Сэмюель нахмурился сильнее, но продолжал улыбаться.
Ида стала излагать историю, которую сама же придумала:
— Меня это очень расстроило, мистер Хакетт… такие неприятные слухи… Ну… я и решила, что вам следует о них знать…
Она замолчала, видя, что выражение его лица совсем не изменилось.
— Что это за слухи? — дружелюбно осведомился Сэмюель.
Ида собралась с духом, незаметно, как она надеялась, изучая его.
— Поговаривают, будто бы покойная мисс Грегори наложила на себя руки.
Лицо Сэмюеля оставалось бесстрастным.
У Иды не выдержали нервы.
— Люди болтают такие гадости! — выпалила она. — Они не могут придумать ничего лучше, как сыпать соль на раны других! Если бы я лично не знала этих сплетников, я бы постаралась обо всем забыть… Я всего лишь горничная, и мне шестнадцать…
На глаза Сэмюеля навернулись слезы, и это заставило Иду замолчать.
— Это правда, — сказал он.
Девушка замерла.
— Моя невеста действительно наложила на себя руки.
Ида не знала, что на это ответить.
— Мне с самого начала хотелось рассказать тебе об этом, — продолжал Сэмюель. — С первого дня нашего знакомства твои доброта и сердечность не вызывали у меня сомнений, впрочем, как и твоя честность, твоя преданность, Ида. Но о подобного рода вещах трудно говорить…
Девушке стало стыдно.
— Мы нашли ее утром на полу, — произнес Сэмюель. — Тело было еще теплым, словно ее сердце продолжало биться в груди, но на самом деле, Ида, она была уже мертва.
— А кто это «мы»? — не подумав, спросила девушка.
Джентльмен слегка напрягся.
— Баркер и я.
—
Сэмюель грустно улыбнулся.
— Я знаю, ты считаешь наши отношения несколько необычными, Ида. Временами Баркер бывает грубоват, но ты должна мне поверить: когда речь идет о моих интересах, он незаменим. Без Баркера я в тот день ничего бы не смог сделать. Ужасная утрата лишила меня возможности действовать… Баркер обо всем позаботился — сам, понимаешь? — а потом взял на себя приготовления к похоронам. Больше не было никого, кто мог бы этим заняться… Понимаешь?
Ида кивнула.
— Вот только я опасаюсь, что мы проиграли битву с местечковыми сплетницами, — тихим голосом произнес Сэмюель. — Люди обо всем узнали.
— Похоже, так оно и есть, мистер Хакетт. Мне очень жаль, — сказала Ида, коря себя за то, что поступила с ним столь бесчестно.
Сэмюель кивнул и улыбнулся ей с теплотой и благодарностью.
— Я не ошибся, когда назвал тебя другом.
Протянув руку, он коснулся кончиков ее пальцев, а потом убрал руку. Сэмюель прошел мимо Иды к парадному входу в особняк, остановился и, обернувшись, еще раз взглянул на нее. Дверь позади него стала открываться.
— Моя невеста была девушкой крайне чувствительного душевного склада. Ты понимаешь, о чем я? — спросил он.
Ида кивнула.
— Не уверен, что ты на самом деле понимаешь это, Ида, — мягко возразил Сэмюель. — Видишь ли, она очень хорошо скрывала от всех свое душевное состояние, но под конец ей становилось все трудней меня обманывать. Моя невеста решила себя убить и исполнила задуманное. Теперь я знаю, что к этому ее подтолкнуло чувство вины…
Ида приоткрыла рот, готовясь задать вопрос, который жег ее изнутри, но потом передумала.
— Ты ведь понимаешь, почему я хотел сохранить в тайне столь постыдный поступок своей невесты? — спросил Сэмюель. — Даже если это и было почти невозможно.
Ида снова кивнула:
— Вы боялись скандала.
— Я сделал это не ради себя, а ради
Дверь позади него распахнулась, и на пороге появился Баркер. Затянутые в перчатки руки камердинера то сжимались, то разжимались.
— Когда-то она была похожа на свою сестру, была такой же, как Матильда сейчас, — произнес Сэмюель, и Иде наконец стало ясно. — Обладала ее легкостью и невинностью. Твоя хозяйка выглядит так же, как моя невеста в то время, когда мы с ней обручились. После она изменилась…
— Понимаю, мистер Хакетт, — произнесла Ида.
Она на самом деле все понимала. Сэмюель любил Маргарет, а она предала его, опустившись до лжи. Теперь в его жизни появилась Матильда, и он надеется — возможно, тщетно, — что она заменит ему покойную невесту. Что тут предосудительного? Ида решила, что ничего. Никому от этого хуже не станет.
— Я понимаю, — повторила девушка.
Сэмюель с нежностью поглядел ей в глаза, а потом, отвернувшись, вошел в дом. Баркер чуть посторонился.
Переступая порог, мистер Хакетт бросил на ходу через плечо:
— Никогда не рассказывай своей хозяйке о том, как все было, Ида. Обещаешь?
Девушка закивала головой. Она ни за что не проболтается.
— Матильда очень похожа на свою сестру, — повторил Сэмюель. — Если Господь позволит, она сможет ее заменить.
— Да, мистер Хакетт, — расчувствовавшись, сказала Ида.
Сэмюель скрылся в доме.
