Тайная наследница полностью

Ида предпочла бы, чтобы он оставался у плиты…

— Что ты здесь делаешь, Ида?

Все-таки он ее заметил… Девушка призвала на помощь всю свою храбрость.

— А вы что здесь делаете, мистер Сэмюель?

— Прошу прощения, Ида, — подходя ближе, произнес он, — но где твои манеры? На тебя это не похоже.

Служанка присела в поклоне.

— Прошу прощения за непочтительность.

Сэмюель не выглядел обиженным.

— Пустое… ничего страшного…

Похоже, он ждал объяснений, но их так и не последовало.

— Вы что-то жгли в печи, — приободрившись, произнесла Ида. — После ужина ее не растапливали. А еще там много золы…

Только сейчас она осознала, что застала Сэмюеля за занятием, которое он предпочел бы сохранить в тайне.

— Завтра я женюсь, — произнес он таким тоном, словно это все объясняло.

— Да, — сказала Ида.

Она поставила другую ногу на ступеньку и приподнялась. Теперь ее глаза были почти на одном уровне с его глазами.

— Вы красивая пара. Все так считают, особенно я.

— Серьезно?

— Да, конечно…

Ида вновь ощутила, что тонет в его взгляде. Девушке показалось, что Сэмюель глядел на нее целую вечность, а потом на его лице появилась обезоруживающая улыбка.

— Это очень мило с твоей стороны.

— Я говорю искренне, — заверила Ида, хотя на самом деле это было не так.

Больше всего на свете ей хотелось бы завтра утром выйти замуж за Сэмюеля.

Он смотрел на нее так, словно знал, о чем она думает. В его взгляде читались тоска и желание высказать что-то жизненно важное для него.

— Возвращайся к себе в комнату, Ида. Извини, что разбудил тебя, — сказал Сэмюель, но ничто не заставило бы ее уйти.

— Уже не стоит ложиться. Почти рассвело.

— Не глупи. Ступай.

Он настаивал с милой непосредственностью, однако девушка видела, что на самом деле Сэмюель хочет, чтобы она осталась.

— Да, мистер Хакетт.

Повернувшись, она начала медленно подниматься по лестнице, зная, что он провожает ее взглядом. Дойдя до первой лестничной площадки, Ида остановилась и осмелилась обернуться.

Сэмюель стоял на прежнем месте. Ей захотелось что-то сказать ему, но он ее опередил.

— Ты думаешь, что я не люблю свою невесту?

Этот вопрос окончательно обезоружил Иду. Ей захотелось тотчас же возразить.

— Я никогда не позволю себе так подумать, — призналась она, — даже если другие и делают подобные предположения.

Ида вспомнила об Агги, заявления которой стоили ей благосклонности хозяйки.

— Я могу понять тех, кто так думает, — произнес Сэмюель. — Я и сам бы, пожалуй, так думал, если бы был горничной, которая служит своей хозяйке так же преданно, как ты.

Его глаза встретились с взглядом Иды. Они смотрели друг на друга, не отрываясь.

— Что произошло, мистер Сэмюель? Что-то не в порядке?

— Ида…

— Вы заболели? Что-то случилось?

Он прикусил губу, а потом, кажется, принял какое-то решение.

— Могу я сказать тебе кое-что важное… сказать как другу?

Сердце подскочило у Иды в груди.

— Вы ведь знаете, что можете.

— Я совсем ее не люблю.

Девушка поднесла руку к губам.

— Я пытался заставить свое сердце полюбить ее, но у меня ничего не вышло. Мне казалось, что я любил ее сестру, но потом понял, что ошибался. Теперь я знаю, что это была не любовь, а скорее пародия на нее. Что же касается Матильды…

«Что же касается Матильды», — эхом отозвалось в сердце Иды.

В глазах Сэмюеля не было неискренности. Ничего ему не отвечая, Ида позволила себе как следует обдумать эти слова. Она понимала, что опять очутилась на краю пропасти. Позволит ли она себе вновь обрести надежду?

Девушка спустилась по лестнице и остановилась, когда ее глаза снова оказались на одном уровне с его глазами.

— Быть может, вам не стоит жениться, мистер Сэмюель?

Он покачал головой.

— Я обязан это сделать.

— Почему? Если вы не любите мисс Матильду, зачем вам жениться на ней?

— Любовь не обязательное условие для заключения брака, по крайней мере, среди людей моего круга.

— Неужели? — удивилась Ида. — Как такое может быть?

— Главное — положение в обществе.

— Но вы ведь не в Англии. Вы сами говорили, что Австралия не похожа на вашу родину. Здесь у человека есть возможности, которых просто нет в Старом Свете.

Она ощутила, как, барахтаясь, тонет в его прекрасных глазах.

— Тут вы можете слушать собственное сердце.

Подчинившись внезапному порыву, Ида протянула ему руку, и Сэмюель без колебаний сжал ее в своей ладони.

— Ах, Ида…

Девушка вздохнула, ощутив столь желанное прикосновение его пальцев.

— Что, если она не та, за кого вы ее принимаете? — спросила Ида.

Сэмюель часто заморгал.

— О чем ты?

— Что, если ваша невеста не мисс Матильда, а мисс Маргарет, и всегда ею была?

Он смотрел на нее, стараясь понять, что она имеет в виду.

— О чем ты говоришь?

— О втором завещании, — сказала Ида. — А вдруг все это сплошной обман? Что, если завещание составила покойная сестра, вот только звали ее не мисс Маргарет, как она утверждает, а мисс Матильда? Возможно, именно поэтому ей и понадобились солиситоры из Кайнтона?

— Почему из Кайнтона?

— Там семья Грегори меньше известна, и поэтому труднее изобличить правду. Что, если она всегда была Матильдой? Что, если умерла именно мисс Матильда?