– Естественно. Знаете, матушка, если бы не этот несчастный случай, я, пожалуй, не пригласил бы Альваро, и не узнал бы многого из того, что ныне знаю. И уж конечно, не проявил бы должной осторожности.
Альваро промолчал и потер шею, которая ныла, хоть и душили его подушкою.
– Идите и готовьтесь. Завтра вы отбываете…
– Завтра? Диего! Я совершила ошибку, но…
– Идите. – Он произнес это таким тоном, что донна Изабелла замолчала. Она поднялась, оправила юбки и, одарив Альваро презрительным взглядом, прошипела:
– Чтоб ты сдох!
– Был бы рад угодить госпоже, но, увы. – Он развел руками. – Позвольте вас проводить?
Она бы не позволила, но и возражать не посмела. Ступала медленно, всем видом своим показывая, сколь оскорблена этаким недоверием со стороны родного сына. А на пороге своей комнаты остановилась:
– И что вы получите? Вы могли бы озолотиться…
– Ну да… Ту несчастную вы озолотили…
– Она сама заслужила. – Донна Изабелла если и испытывала раскаяние, то мастерски это скрывала. – Она вымогала деньги. Я буду молиться за нее… Буду молиться за вас всех.
И дверь закрылась.
Альваро запер ее снаружи, хотя и сомневался, что донна Изабелла вздумает бежать. Бежать ей было некуда, а остальное… Если и остался порошок, то пусть дама опробует на себе собственное же лекарство. Всем станет лишь легче. Впрочем, он сомневался, что у донны Изабеллы хватит на это духу. Слишком уж она любит себя.
Вернувшись к Диего, который так и сидел в кресле, Альваро поинтересовался:
– И что теперь?
И мысленно себе же ответил: ровным счетом ничего.
Работа, для которой его нанимали, выполнена. Диего, получив ответы, уедет. Или останется. Главное, что он перестал нуждаться в услугах Альваро, и тот вернется в комнаты, где и просадит полученное золото за игорным ли столом, в трактире ли… Главное, что все пойдет, как прежде.
– Ничего… Мануэль получит свой патент. Захочет он им воспользоваться или нет – дело его. Лукреция… Я должен присмотреть за ней. Постараюсь отыскать ей подходящего мужа. Если она и вправду поумнела, как ты утверждаешь, то не станет капризничать…
Альваро кивнул.
– Матушка… поутру ее отвезут в обитель Святой Марты…
– Ей там не понравится, – осмелился заметить Альваро. – Все ж устав.
