Малинин благодарно кивнул и потянулся в дом. Когда он вернулся, то мельком увидел, что Юра умудрился втиснуть машину прямо на разбитую перед входом клумбу и сейчас широкие колёса вскопавшие свежую землю понемногу утопали в стекающих по краям канавок ручейках дождя.
– Юра?. – Негромко позвал он. – Ты чего как слон в посудной лавке? – Сказал он обернувшемуся на зов молодому человеку.
– Ой, ё. – Только и произнёс оперативник. – Не, ну я чтобы поближе.
– Я оценил твоё рвение. – Покачал головой мужчина.
Войдя внутрь, Малинин огляделся. Домишка был вполне современным, с большой кухней, вымощенной керамогранитом и утыканной приборами бытовой техники. В углу гостиной соединённой с кухонным пространством даже притаился камин, перед которым сидел дядя Сава и отсутствующим взглядом смотрел в чёрное нутро очага.
– Сейчас натоплю, тепло будет. Лиза, вон чайник стоит, поставь воду кипятиться, а то неловко, вроде как гости. – Бесцветным голосом проговорил мужчина.
Он наколол лучины, сунул её в подготовленную закладку дров и вскоре рыжий язык пламени облизывал брёвнышки со всех сторон, а комната понемногу стала наполняться янтарным теплом. Дядя Сава на автомате делал привычную для себя работу, он даже, не спросив никого, заварил на всех чай и достал какую-то снедь из холодильника.
– Почаёвничайте. – Сухо обронил он, а сам сел на табуретку возле камина и стал смотреть на огонь.
– Дядя Сава, а у вас нет телефона хоть кого-то из детей Анатолия Викторовича? – Тихо спросила Лиза. – Надо Гале сообщить, Насте. Я звонила, но у меня все номера устаревшие.
– Ну что Галя, она-то Толе неродная. Насте, конечно, надо сообщать.
– Я что-то сейчас не уловила вашу мысль. – Нахмурилась Лиза.
– А, – махнул рукой, вмиг постаревший дядя Сава, – Галя Толе не родная дочь. – старик, видимо, строил какой-то внутренний монолог. – А Настин телефон вон там на ящике в книжице поищи. Лидонька недавно его только записывала.
– Отлично. Я думаю, что будет лучше, если Елизавета позвонит. – Малинин глянул на Лизу. – Сможете позвонить?
– Ночью? – Нахмурилась девушка.
– Ну, я думаю, если она захочет приехать хоронить отца, то как раз утром успеет на рейс. – Заметил Егор.
Девушка скорчила недовольную мину, но не решилась спорить на этот раз. Она набрала номер и услышала вместо гудка какую-то звонкую детскую песенку и вслед за ней сонный голос, который что-то спросил по-немецки.
– Настя, привет. Это Елизавета, извини, что разбудила. – Выпалила девушка.
– Лиза? Привет. – Удивлённым голосом откликнулась Настя.
– Прости, что звоню ночью, но я с плохими новостями. Настя, умер Анатолий Викторович. Юлия при смерти.
Настя замолчала, потом переспросила:
– Ты сможешь завтра встретить меня в аэропорту?
– Я в доме Анатолия Викторовича, я найду кто тебя встретит. – Проговорила Лиза.
– Хорошо. Мне нужно многое рассказать. И знаешь, я даже рада, что его больше нет.
– Что ты хочешь рассказать? – Елизавета замерла с трубкой в руке.
– Надеюсь, завтра мы увидимся. – Сказала Настя. – Не телефонный разговор.
Лиза глянула на мобильник, пожала плечами и проговорила:
– Я ничего не поняла, но мне кажется, Настя что-то знает.
Малинин махнул рукой, глянул на часы, что-то прикинул в уме и сказал:
– Ладно, если больше ни у кого шикарных озарений не возникает, предлагаю на боковую. К рассвету здесь должны быть эксперты, наконец сможем начать нормальную работу. Надо ещё труповозку вызвать. – Сказал Малинин.
Егор всё время исподволь наблюдал за стариком, ему необходимо было сейчас вывести сторожа из зоны комфорта, потому что следователю казалось странным, то как неожиданно бесследно пропала кухарка, а сейчас здесь материализовался старик. В такие совпадения Егор не верил, хотя может так всё и было, и дядя Сава совсем ни при чём.
Данила подозвал Малинина и тихо сказал:
– Там криминалист Зинченко мне звонил, я его попросил. Он с посоха по моей просьбе смывы брал. На конце острия есть кровь. Там очень мало материала, но, скорее всего, кровь человеческая.
– Это плохо. – Сказал Малинин.
– А это может значить, что посох использовали для ритуальных убийств, как я и предполагал. Помните, там по краям посоха углубления? Так вот мне кажется это сделано для того, чтобы кровь попала в нужное место.
– Вы с Береговым из одного кружка, наверное? – Съязвил Егор. – Он тоже ритуальными убийствами бредит. – Проворчал Малинин. – Ладно, давайте отдыхать.
Данила подсел к Лизе, свернувшейся на кресле калачиком и смотрящей на огонь. Он посмотрел, как пламя отражается в её глазах, как непроизвольно сжимаются руки девушки и ему стало до боли жаль её. Мужчина словно видел, что внутри неё притаилась тьма, о которой она сама не знает. Данила ещё несколько секунд смотрел на девушку, а потом тронул её, и она очнулась.
– Что тебе?
– Старик сказал, что на втором этаже комната есть. Мы с тобой спим там. И не сопротивляйся. Я тебя одну не оставлю.
– Я и не думала. – Спокойно ответила она.
