Береговой и Веников слонялись по помещению, Ласточкин осматривал аккуратно разложенные инструменты возле хирургического стола, а Малинин мрачно смотрел за действиями Зинченко и периодически поглядывал в сторону Данилы.
– Можно я гляну на подвал? – Спросил последний.
– Нет. – Твёрдо сказал Малинин. – Можно пятнадцать суток получить. Это я не против, а осматривать место происшествия нельзя. Стойте здесь, раз пришли, будете понятыми, потому что у меня нет варианта найти в этой глухомани других. Хотя какие из вас понятые. – Малинин покачал головой.
– Вот эту папку можешь забирать. – Со вздохом положил на стол пачку бумаги Зинченко. – Сейчас здесь закончим и тогда наверх пойдём. – Вдруг Зинченко замолчал и застыл. – Мужики, – вдруг тихо произнёс он, – у нас есть пять минут, таймер показывает пять минут. В этом шкафчике бомба. – Он не отрываясь смотрел вглубь сейфа.
– Что? Что ты говоришь? – Послышались голоса присутствующих.
Первым сориентировался Веников и крикнул вслух.
– Быстро, на улицу. Покинуть здание! Данила, Лиза бегом вперёд. – Он схватил папки и диск со стола и сунул в руки Береговому, – беги, спасай вещдоки.
– Зинченко, встань! – Крикнул Малинин. Он схватил криминалиста за плечо и потряс.
Лиза вдруг почувствовала, как вокруг запястья сомкнулись железной хваткой пальцы Данилы, и она буквально полетела по воздуху. Девушка слышала тяжёлое дыхание людей сзади, пару раз поскальзывалась, но её успевал подхватить Ласточкин, бежавший за ней и подтолкнуть вперёд.
Они бежали по извивающимся ходам подвала, но понимали, что не успевают выбраться наружу. Вдруг Ласточкин вспомнил, что можно выйти через дополнительную дверь, которая вела в холл.
– Лестница, – крикнул Ласточкин. Но поднявшись они обнаружили, что дверь заперта.
– Мужики, там дальше пролом был в потолке, и лестница стояла! – Крикнул Береговой.
В вечной тишине подвалов слышался лишь топот ног и тяжёлое дыхание. Вскоре они заметили, что в одном из подземных залов и правда есть пролом.
– Лиза, вперёд, – крикнул Данила, – и без разговоров. – Он подхватил её и поставил на ступеньки, – быстрее. И наверху бегом из дома. Не жди нас!
Девушка карабкалась по шаткой лесенке пока не зацепилась за край пола, щетинившийся зазубринами дощатых краёв. Каким-то чудом она подтянулась на руках и перенеся вес тела вверх упала на пыльный пол.
– Следующий, – хрипло крикнула она.
Девушка вдруг заметила, что доски, которыми был выстлан пол в нежилой части усадьбы, начали крошиться от веса упёртой в них лестницы. Поверхность проваливалась на глазах, Лиза беспомощно оглянулась ища, чем можно подпереть лестницу, чтобы она не провалилась вниз. Девушка вскочила на ноги, схватила валяющуюся деревянную балку и подтащив её, положила как опору под верх стремянки. Бревно удачно легло на перекрытия, и лестница надёжно упёрлась в него. И в эту минуту появилась голова Ласточкина.
– Что ты здесь сидишь? – Гаркнул Иван Гаврилович. – Давайте следующий, – крикнул он вниз.
– Садись рядом, а не то все остальные рухнут вниз. – Она кивком показала на пол.
– Час от часу не легче. У нас осталась минута, не больше, а там неизвестно какой заряд. Может, зря бежим, и здесь каждый куст заминирован.
Когда над полом показался Зинченко, подземелье отозвалось толчком взрыва.
– На выход, – крикнул Ласточкин, – Зинченко беги с Лизой. Я попробую их вытащить.
– Не надо, – закричал криминалист, – они побежали по другому туннелю, поняли, что не успеют здесь.
Втроём они пересекли комнату, уворачиваясь от мелких досок, которые начали падать сверху.
– Вон там дверь, – Лиза указала вперёд, – там выход.
Но выход оказался запертым. Вдруг сзади охнул и осел на пол Зинченко.
– Что с ним? – Лиза успела подхватить его голову, чтобы он не ударился об пол.
– По-моему, по затылку чем-то получил. Если я взвалю его на спину, его точно чем-нибудь прибьёт. – Закричал Ласточкин. – Бери его под ноги, а я за руки. Просто придерживай и говори, куда мне идти. Я сам буду тащить. – Ласточкин развернулся спиной по ходу следования и, перехватив поглубже подмышки Зинченко, пошёл, следуя указаниям Лизы. За ними рушились перекрытия и стены. В едком облаке штукатурки и пыли было уже почти не видно дороги, они задыхались и кашляли.
– Давай. Давай! Недалеко осталось. – Следующий взрыв опрокинул их на пол, и Лиза, ударившись головой, отключилась на несколько секунд. Придя в себя, она увидела, что Ласточкин лежит поверх криминалиста, а сверху сыпятся доски и серый порошок цемента. Но вдруг в конце коридора она увидела спасительное окно.
– Ласточкин, ну очнись, ну, пожалуйста. Иван Гаврилович, – она трясла его, одной рукой, другой сбрасывая с него доски. – Да я же вас вдвоём не вытащу, – с досадой в голосе крикнула девушка.
Слёзы смешивались с пылью, потянуло дымом, Лиза заметила языки пламени в том месте, откуда они бежали. Протащив Ласточкина волоком несколько метров, она выбила стекло каким-то кирпичом и, высунувшись наружу, закричала.
