– Не откажешься. Выбора нет. Мало того, не дай бог что-то случится со мной или моими друзьями, на следующий день информация с дискет ляжет на стол президенту. Ну, а если ваши руки дотянулись и до президента, то всё, что есть на этих дисках, с небольшими пояснениями и дополнениями, будет отправлено в Интернет.
Лазарев задумался.
– Похоже, ты всё продумал и всё предусмотрел, но где гарантии, что уже через месяц ты не пустишь гулять по свету содержимое этих дисков?
– Ну ты меня рассмешил, товарищ генерал-лейтенант. Гарантия – моя жизнь и жизнь моих друзей. К тому же, зачем нам всё это? К тому же, пустое всё это. Имеется в виду то, что затеяли твои соратники по партии. Вы так друг друга называете? Ушедшее в историю уже не вернуть.
– Ладно, – подвел черту Лазарев. – Мы с тобой по разные стороны баррикад, поэтому выяснять что-либо – бесполезная трата времени. Ещё вопросы, просьбы будут?
– Будут. Из чистого любопытства. В Питере, твои ребята Матерого пасли?
– Мои, – не задумываясь, ответил Лазарев. – Я понял, что ты готовишь что-то необычное, сразу после того, когда твоими людьми был организован трюк со взрывным устройством в казино. Окончательно убедился, когда узнал, что там же был арестован Матерый, причём с самой что ни на есть смешной формулировкой – ношение оружия без необходимого на то разрешения. Я ведь знал, что такое разрешение у Волкова имеется, а то, что он забыл его дома, это уже был детский лепет.
Лазарев продолжал врать, чтобы не подставить под удар Суровцева, того самого майора, который помог Матерому сначала уйти из СИЗО, а потом вернуться обратно. Конечно, можно было сдать Волкова ворам, но тогда под удар попадал под удар Суровцев, а он Лазареву еще был нужен. Майор был завербован им в то время, когда еще ходил в лейтенантах. С тех пор, прошло почти двенадцать лет, а он по прежнему служил ему верой и правдой, как верный пес служит своему хозяину. С его подачи Лазарев узнал о том, что Кречетов задумал хитроумную комбинацию относительно дела, которое не проходило ни по каким официальным каналам. Дело это касалось тайника Дохлого, и всё было сделано для того, чтобы взять парочку тепленькими еще в Петербурге. Но старший лейтенант, что сидел за рулем «Опеля», оказался на редкость сообразительным. Вычислив хвост, он закрутил такую круговерть, что люди Лазарева прохлопали его. А потом еще этот «ход конем» Матерого. Когда он в такси вывез из города содержимое тайника. А ведь был почти в руках. Будь тогда люди Лазарева порасторопнее, не было бы ни куража Кречетова, ни немыслимых условий, которые еще предстояло доложить руководству партии.
– Ну что? Еще есть вопросы? – Валерий Александрович посмотрел на часы.
– Нет, – произнёс в ответ Кречетов. – Осталось дождаться завтрашнего звонка.
– Жди, – выдавил генерал-лейтенант, – подвозить не надо, хочу немного прогуляться.
Лазарев открыл дверцу и вышел из машины.
Пошел второй месяц после того дня, когда выстрел снайпера чуть не оборвал жизнь Николая, и третий день, как его выписали из больницы, прописав домашний режим.
Чувствовал себя Николай неплохо. Вот только иногда начинал слабеть, ноги становились ватными и мелкий озноб сотрясал всё тело.
Наташа переехала в его дом. Следя за тем, что было прописано докторами, была глуха к уговорам хотя бы на минуту выйти во двор посидеть на скамейке.
Лишь в те немногочисленные часы, когда Наташа была вынуждена выходить из дома в магазин или по неотложным семейным делам, Матёрый вытащив из заначки припрятанные сигареты, выходил на балкон, где покуривая, любовался панорамой Москвы.
Еще не было и семи утра, когда Матерый и Дмитриев направились в аэропорт. До Домодедова оставалась пара десятков километров. Через два часа воздушный лайнер поднимется в воздух, на борту которого, удобно устроившись в глубоком кресле, Дмитриев будет лениво потягивать пиво.
Путь лежал в Германию, оттуда Константин должен был проследовать в Бельгию. Ззаканчивалось турне в Испании. Где предстояло провести несколько встреч с влиятельными людьми по поводу их сотрудничества с банком «Возрождение».
Когда «Мерседес» встал на стоянке в один ряд с ожидающими владельцев другими такими же, как он, железными конями, Дмитриев достал из кармана голубой конверт.
– А теперь, Сашок, надо зарегистрировать билет. – обратился он к водителю. – Шагай в аэропорт, а мы пока с Николаем в машине посидим. Нам кое о чём побалакать надо.
– Сейчас спросишь, с какой новости начать? С хорошей или с плохой? – улыбнулся Николай, когда водитель вышел.
– Не угадал, – рассмеялся Константин. – Плохих новостей нет. Вернее, есть одна, но какой она будет для тебя, плохой или хорошей, решать тебе.
– Тогда с неё и начни.
– Хозяин барин. Два дня назад в двадцати километрах от Анкары местной полицией был обнаружен «Мерседес», в нём труп Бауэра.
– Вот это новость, так новость, – непроизвольно присвистнул Николай. – И кто же это его?
– Точно не известно, но полиция утверждает убили Бауэра по заказу из России.
– Откуда такая увереность?