Дело об украденных миллионах, а главное, документов из сейфов в Петербурге он вёл по особому заданию партии.
Осложняло то, что на карту была поставлена деятельность финансовой структуры партии. А именно, на свет могли всплыть имена первых руководителей, что означало – крах.
Лазарев не допускал такого даже в мыслях, поэтому был настроен исключительно на борьбу, жестокую и агрессивную. Главное, чтобы появился след дискет. А, он появился. Оставалось заполучить их, что с его то возможностями не составляло особого труда.
С этими мыслями он ехал на встречу с Кречетовым, зная одно: или вернется с дисками в кармане, или дни его будут сочтены.
Машина Кречетова стояла на обочине, Валерию Александровичу сообщили, что генерал в ней один.
Остановившись в нескольких метрах, Лазарев подождал, когда охранник осмотрит всё вокруг, и только после того, как тот открыл дверцу, Валерий Александрович не спеша, как и подобает чиновнику особого ранга, вышел из машины.
– Я смотрю, охраняют тебя, – без лишних предисловий с ходу вцепился в него Кречетов.
– Жизнь заставляет, – попытался отшутиться Валерий Александрович.
– Жизнь, говоришь? Может, страх?
– Говори, зачем звал. – Лазарев решил поставить на место зарвавшегося мента.
– Не торопись, – нимало не смутился Кречетов. – Отъедем немного, чтобы глаза не мозолить, а уж потом будем говорить.
Лазарев опустив стекло, жестом дал понять охране, чтобы те оставались ждать его возле машины.
«Волга», взревев двигателем, съехала на второстепенную дорогу и двинулась в направлении небольшого лесочка. Остановившись километра через полтора, Кречетов подождал, когда сообщат, что вокруг чисто, после чего, заглушил двигатель. Вытащив из кармана два компьютерных диска, положил те перед Лазаревым.
– Что это? – сделал удивленное лицо Валерий Александрович.
– То, что ты ищешь, – переходя на «ты» и с металлической ноткой в голосе произнес Кречетов, – а для того, чтобы тебе было легче переступить через свои фээсбэшные замашки, вынужден сообщить следующее: мне известно всё или почти всё про вашу засекреченную компартию, про ее цели и задачи. Мало того, мне удалось вскрыть пароль и выпотрошить всё, что хранится в этих дисках, – опередил удивленный взгляд Лазарева Алексей Николаевич, – поэтому ни тебе ни мне нет смысла крутить вола за хвост.
– И что ты хочешь? – понимая, что и вправду нет смысла ходить вокруг да около, спросил Лазарев.
– Вот это другой базар, – воодушевился Алексей Николаевич. – Диски ты можешь забрать себе. Мне они больше не нужны. Но у меня есть три условия.
– Три? – попытался сыронизировать Валерий Александрович.
– Да. И все их ты должен будешь выполнить.
– Я никому ничего не должен, – начал закипать Лазарев.
– Нет, должен, – обрезал Кречетов. – Здесь нет ни звезд, ни должностей, а значит, говорить мы с тобой будем на равных, как мужик с мужиком. Ты задолжал, и задолжал серьезно. Имеется в виду, покушение на меня и две пули в Матером.
– Что ты хочешь? – повторил вопрос Лазарев.
– Ты должен дать слово, что оставишь в покое Матерого, Дмитриева и меня, генерала Кречетова. Во-вторых, ты якобы организовываешь покушение на какого-нибудь видного политического деятеля. Отстрел поручаешь стрелку, который пытался убрать меня, но попал в Матерого. Я имею в виду Суркова. Того самого, которого люди Матерого взяли на заимке, а ты потом пригрел его под своим крылом, чтобы его руками убрать меня. Патроны подсунешь холостые, для того чтобы этот ублюдок ненароком не наделал нехороших дел. Дальше наши заботы.
И наконец, в-третьих. Завтра твои хозяева перечислят на счет Матерого полмиллиона долларов и, не куда-нибудь, а в банк Дмитриева.
– Ого, – искренне удивился Лазарев, – не жирно ли? Три миллиона хапнули, в придачу шкатулки с драгоценностями…
– Не надо торговаться, генерал, не на базаре. Жизнь Матерого висит на волоске, поэтому деньги эти послужат компенсацией за нанесенный ущерб его здоровью. Лечение за границей, сам знаешь, не из дешевых.
– Я такие вопросы не решаю.
– Понимаю, – охотно согласился Кречетов, – поэтому сутки хватит, чтобы утрясти все вопросы. Завтра, в это же время, дашь ответ. А еще через два дня деньги должны лежать на счету Волкова. – Кречетов открыл бардачок и, достав листок бумаги с написанными на нем цифрами, протянул Лазареву: – Здесь номер его счета.
Через десять дней сообщишь место и время, где Сурков будет готовить покушение. Я, в свою очередь обещаю, что, когда буду принимать поздравления о задержании с поличным особо опасного преступника, замолвлю о тебе словечко. Мол, только благодаря нашему доблестному ФСБ и лично генералу Лазареву Валерию Александровичу нам удалось предотвратить еще одно заказное убийство, при этом захватить киллера на месте преступления. Каково? – зло рассмеялся Кречетов.
– Ну ты и наглец! – не выдержал Лазарев. – А если я откажусь?