– Что? – Барри с быстротой молнии повернулся к ней, но, заметив, что она смотрит на небо, тут же расслабился. – Ах, дождь… Да, вполне возможно, что он пойдет.
– Тележка с Даски с тобой? – девушка осмотрелась и увидела черного мула, терпеливо ожидавшего на едва заметной тропинке. —А, я вижу его. Но где же наш ослик – наш Уоддел?
– Снова отвратительно ведет себя. Я оставил его на противоположной стороне рощи. Он никуда не уйдет – слишком туп для этого.
– Да, он туповат, – согласилась Отем. Барри дотронулся до ее руки, девушка вздрогнула и отвела взгляд.
– Не бойся меня, госпожа. Я просто слишком близко подошел к тебе вчера, мне следовало держаться подальше. В конце концов, я мужчина, поэтому не надо ненавидеть меня за то, что я сделал. Ты красивая молодая женщина. Я очень люблю тебя и не хочу причинять тебе боль. Никогда.
Отем смахнула выступившие слезы и пошла собирать одежду, чтобы поскорее выехать из леса на вересковую пустошь, что тянулась далеко на север.
К вечеру этого дня Отем и Барри удалились от Лондона на довольно значительное расстояние и продолжали двигаться на север под проливным дождем.
На открытой местности тут и там попадались редкие группы деревьев, но видели всадники лишь на пару ярдов перед собой – мешала мутная пелена дождя. Ни селения, ни деревушки не попалось им на пути.
Отем дрожала всем телом, Барри начал покашливать.
– Посмотри, госпожа, – окликнул девушку Барри, напряженно вглядываясь в серую стену дождя, – вон там какой-то сарай. Мы могли бы остановиться в нем на ночь. Что скажешь?
– Я пойду куда угодно, лишь бы там было сухо, – ответила Отем, стуча зубами и кутаясь в мокрый плащ.
К тому времени, как они подъехали к строению, названному Барри сараем, дождь усилился.
– Как нам развести огонь? – спросила Отем, войдя внутрь. – Все такое мокрое! Я совсем замерзла и… и очень несчастна. – Она застонала, растирая руки. – Я никогда не была такой мокрой, такой голодной, такой… Что случилось?
– Помолчи.
– Что? – Отем непонимающе захлопала глазами, различив приказ в голосе Барри.
– Тихо.
Она нахмурилась, пытаясь разглядеть его в полутемном сарае. С бровей, носа и подбородка Барри капала вода, а темные волосы прилипли к голове. По крайней мере, подумала она, дождь смыл с него часть грязи. Лицо его покрывал приятный золотистый загар, а глаза были… они были…
Где она могла видеть эти глаза раньше?
– Перестань таращиться на меня и постарайся подумать, как нам согреться. – Он сбросил сумки на пол. – А, – продолжал Барри, – кажется, я вижу сухое местечко в углу и немного старого сена… Да, действительно, туда вода не затекает… Госпожа, я же предупредил, чтобы ты перестала глазеть на меня, будто я кусок мяса, который тебе хочется съесть, – он смущенно закашлялся, – помнишь, что произошло прошлой ночью?
Отведя .взгляд, Отем принялась хлопотливо шарить в кожаных сумках, пытаясь отыскать сухую одежду. Она поглядывала на Барри, несчастного Барри, и гадала, во что же переоденется он. Облачившись в прохладную, но сухую смену белья в темном углу сарая, девушка обнаружила, что Барри уже произвел кое-какие изменения в евоем костюме.
– Замечательно, – медленно произнесла девушка, – у тебя тоже есть сухие вещи.
Отем сосредоточенно молчала несколько минут, разглядывая угол, где они должны были лечь вместе.
– Мы ляжем спиной к спине, – решила она наконец.
– Да, госпожа.
Барри увидел, что ее глаза широко распахнулись, когда он достал из-за спины два одеяла.
– Почему они остались сухими? – изумленно спросила Отем.
– У меня, знаешь ли, тоже есть кожаные сумки. Я вовсе не такая уж деревенщина и могу позволить себе парочку удобных вещей.
– Ах, Барри, – девушка устало рассмеялась, – ты постоянно смешишь меня. Ты выглядел так забавно, когда рассказывал, что отнюдь не беден как церковная крыса, сначала в Сатерленде, а сейчас здесь. И тогда, и в данный момент я не думала о тебе как о низшем существе…
Она подавила смех.
– А ведь я практически ничего не знаю о твоей прежней жизни. Пойдем согреемся в сухом углу, и ты будешь рассказывать о себе, пока я не усну.
– Нет, – ответил Барри, – я очень устал и собираюсь немного поспать сразу после еды. Как-нибудь в другой раз, госпожа Отем. – Он порылся в сумке, которую взял с собой в угол. – Вот, я забыл. Ты, должно быть, проголодалась. Хлеб и сыр, – он тихо рассмеялся, – хлеб слегка подмок, но сыр крепок, как обычно.
После скудной трапезы девушка быстро заснула, зарывшись в сено и одеяла; тело Барри согревало ее всю ночь.
Отем снова видела сон. На этот раз он казался на удивление реальным. Рядом с ней было большое теплое тело – твердое и упругое. Девушка даже ощущала на шее горячее дыхание этого мужчины из сна.
Это был очень приятный сон. Мужчина находился так близко! Она даже различала цвет его глаз, когда взглянула на него через плечо. Зеленые. Зеленые, как мох. И карие крапинки в них. Волосы его были почти черными, блестящими и тяжелыми. Тело состояло из одних мускулов. Это был великолепный мужчина!
