– Зачем вам покупать ведро за 15 рублей, я видел, как тут недалеко такие же абрикосы продают по 3 рубля за ведро.
Фурия уставилась на меня с надеждой и недоверием.
– Не может быть, чтобы ведро продавали по 3 рубля, – сказала она.
– Подождите минутку, я сбегаю и посмотрю, не ушел ли еще тот парень, – сказал я и помчался к Славику. Сунув ему 25 рублей, полученных от торговца цветами, я велел ему срочно купить ведро абрикосов и стать на углу третьего и четвертого рядов, поджидая покупательницу.
Женщина ждала меня. Она выглядела настороженной, но жадность не позволяла ей уйти, не выяснив все до конца. Поговорив немного об урожае абрикосов в этом году и о разных способах варить абрикосовое варенье, чтобы дать Славику время купить ведро и стать с ним на углу, я подвел к нему покупательницу. Убедившись, что абрикосы действительно стоят баснословно дешево, женщина заахала и заохала. Выяснилось, что в сумку женщины все фрукты не поместятся, и она стала умолять продать ей заодно и ведро. Славик категорически отказался продавать ведро и сказал, что она может прийти за абрикосами завтра.
– Завтра я не могу, – с отчаянием сказала она, – я уезжаю в деревню к родственникам.
– Далеко? – спросил Славик.
– В Нижнюю Кутузовку.
Так мы узнали о ее планах на завтра. В конце концов Славик еще за трешку согласился отнести абрикосы к ней домой, выяснив по дороге ее адрес и многие подробности ее биографии.
На другой день Учитель снова привел нас на рынок. Комментируя наши предыдущие упражнения, он сказал, что Славик слишком смущается и не чувствует себя комфортно, разговаривая с людьми. В качестве лекарства от стеснительности Ли велел Славику пройтись по рядам и, прикидываясь то погорельцем, то человеком, которому надо срочно опохмелиться, настрелять у торгующих рублей и трешек.
Славик, вне себя от смущения, отправился побираться, а мы наблюдали издалека, как продавцы, кто с жалостью, кто с раздражением, а кто со снисходительной миной, давали ему деньги. Обойдя все ряды, ошарашенный Славик продемонстрировал нам полиэтиленовый пакет с деньгами и сказал, что под конец ему это даже понравилось, и пора менять профессию милиционера на долю погорельца.
– Я представить себе не мог, что получу столько денег, – удивлялся Славик. – Я бы никогда в жизни не дал денег молодому здоровому парню, который вполне может сам их заработать.
– Ты ошибаешься, – сказал Ли. – Беря деньги у людей, некоторым из них ты делаешь большое одолжение, поскольку, подавая милостыню, они самоутверждаются и чувствуют себя более значительными и добрыми, чем они есть на самом деле. Для обычного человека чувство собственной значимости – одна из важнейших составляющих его жизни. А теперь придумай новую легенду, снова пройдись по рядам и верни деньги тем, кто тебе их давал.
Славик задумался.
– Что же я могу им сказать? Что уже опохмелился или купил новый дом?
– Зачем же так примитивно, – усмехнулся Учитель. – Ты можешь сказать, например, что тебе явилось видение Господа нашего Иисуса Христа, и что Господь велел вернуть дающим их деньги, ибо и тебя, и их Господь не оставит своей милостью.
Славик задумался, потом рассмеялся и пошел по рядам возвращать деньги.
В подобных упражнениях мы учились чувствовать и угадывать настроение собеседника, его слабые места, обыгрывали различные моменты общения, вызывая у него нужные нам эмоциональные реакции и управляя ими.
Однажды Ли дал мне задание изображать немого нищего.
Я порылся в рыночной помойке и отыскал грязный порванный картуз и кусок картона. На картоне я написал корявыми буквами и с грамматическими ошибками: «Помогите погорельцу – немому инвалиду I группы». Я положил картуз на землю, вывернул наизнанку свою одежду, прикрылся куском рогожи, также вытащенным из помойки, повесил на грудь картонку с надписью и сел на ящике в углу рынка. Мне подавали довольно часто, и я вполне мог бы разбогатеть, если бы не появление наряда милиции, который вела ко мне женщина, возмущаясь во весь голос наличием большого количества молодых и здоровых побирушек. Издали заметив приближающуюся опасность, я поспешно ретировался.
Впоследствии Учитель часто заставлял меня нищенствовать, и я быстро приобрел необходимые навыки и сноровку. Я никогда не отвечал на вопросы, время от времени издавая жалостное мычание, и тупо глядел в пол. Ли объяснил, что нищие не должны смотреть в глаза, чтобы не казаться агрессивными и не вызывать ответных реакций, особенно когда нищенствует крупный молодой парень.
